Болезнь

Болезнь

Ни в какую другую эпоху так пристально не изучалась болезнь и так яростно не преследовалась, как в наше время. Мы должны со всей искренностью отдать должное современной медицинской науке, усилиями которой мы с каждым днем узнаем все больше и больше о причинах различных болезненных состояний.

«Sublata causa, tollitur effectus» — этот схоластический принцип, казалось бы, доминирует во всей официальной медицине, принцип, применение которого дало бы замечательные результаты, если бы была установлена истинная первопричина и если бы за нее не принимались последствия ее воздействия. Трагедия современной медицины заключается в том, что она пытается втиснуть новые факты в рамки старых доктрин: она «хочет знать» и «не знает», она «хочет открыть» и «не видит», она «хочет углубить» и «останавливается» на первых шагах, она, наконец, «хочет действовать», но «признает» свое бессилие.

Как печально сознавать бесполезность всех тех усилий, которые напрасно затрачивают столько великих умов, пытаясь сделать заведомо невыполнимое!

Современная медицина не имеет фундамента. Она опирается на множество субъективных мнений, противоречивость которых никто не оспаривает. То, что вчера громогласно провозглашалось единственно верным учением, сегодня также громогласно объявляется заблуждением: нет принципов, но есть теория; нет методов, но есть техника; нет наблюдения, но есть осмотр.

Даже лаборатории в большинстве своем не выполняют своих функций: они противятся исследованиям и не хотят изучать. Их задача заключается в том, чтобы сделать изолированный анализ, а не проследить всю совокупность болезненных проявлений, так как врач хочет прежде всего «знать», забывая свое истинное предназначение — лечить.

Как может чувствовать себя студент, столкнувшись с такой непоследовательностью и нестабильностью? Как может чувствовать себя врач, озабоченный тем, как вылечить своих пациентов, и не получивший от своих Учителей ничего, кроме противоречивых рассуждений, ложность которых подчеркивается неэффективностью их применения в повседневной врачебной практике?

Подходящий ответ на этот вопрос дает в своей замечательной, хорошо обоснованной статье профессор Мориак (Mauriac), милым скептицизмом которого я постоянно восхищаюсь. Описав все хитроумные теории и выстроенные на их основе методики лечения, которые сначала объявлялись панацеей, а затем, когда врачебная практика доказывала их несостоятельность, отметались, он делает вывод, что «сегодняшние студенты находятся в том же самом положении, что и их предшественники, которые во время учебы усердно изучали различные «истинно научные подходы», а когда попробовали применить их на практике, то убедились, что им просто «пудрили мозги».

Доктор Мориак так же резко критикует современные тенденции в экспериментальной медицине: «Мы изо всех сил стараемся скопировать реакции человеческого организма с реакций животного, будь то даже морская свинка!»

Анализируя последние открытия, сделанные в области экспериментальной медицины, доктор Мориак очень доказательно показывает несостоятельность современных теорий, объясняющих причины отеков (задержка хлористых соединений), механизм развития диабета (недостаточность инсулина), анафилаксии, плюригландулярных, аллергических и иммунологических нарушений. Хотя эти теории в настоящее время пропагандируются и утверждаются достаточно авторитетными учеными.

И в заключение автор делает очень серьезный вывод, хотя и с некоторой долей иронии: «Эти неизбежные несуразности и сомнительные теории являются неоспоримым свидетельством главенства клинического наблюдения, и мы не должны стыдиться этого. Медицина теряет «твердую почву под ногами» и становится бессильной, как только она сворачивает со своего пути».

Многие врачи-гомеопаты также заслуживают этого упрека, обращенного доктором Мориаком к своим коллегам-аллопатам.

Величие нашего УЧЕНИЯ состоит в незыблемости принципов гомеопатического лечения, традиционно передаваемых из поколения в поколение со времен Гиппократа. Ценность наших терапевтических методов, окончательно сформулированных С. Ганеманом, базируется на их неизменности, которая обеспечивает постоянство результатов.

Руководствуясь только неопровержимыми фактами при изучении результатов терапевтического воздействия и анализируя их исключительно с позиции здравого смысла, стремясь установить их причину, мы, врачи-гомеопаты, создаем свою концепцию болезни, и, благодаря многочисленным клиническим и экспериментальным подтверждениям основных ее положений, можно считать, что мы находимся на правильном пути.

В качестве примера можно взять такое заболевание, как туберкулез. До 1930 года для постановки диагноза «туберкулез» необходимо было выделить из мокроты возбудителя и установить характерные патологические изменения в легких. Только с этого момента считалось, что человек стал опасен для окружающих и необходимо принимать соответствующие меры: помещение больных в специальные санатории и клиники, личная гигиена и т. д., — ничего до и все после. Но открытие фильтрующегося вируса туберкулеза в 1930 году показало полную несостоятельность всех господствующих в аллопатической медицине теорий о причинах и способах лечения туберкулеза.

Думаю, не будет напрасным напомнить, что еще в 1925 году я не без оснований писал: «Как токсин является продуктом патогенного микроорганизма, так и клинической картине туберкулеза предшествует формирование конституционального типа Tuberculinum»[1]. Таким образом я утверждал, что, наблюдая и анализируя терапевтическое действие потенцированного возбудителя туберкулеза на больных туберкулезом людей, можно прийти к выводу: клиническая картина туберкулеза появляется только у людей, уже долгое время подвергающихся воздействию какого-то патогенного фактора. Понять в то время, что это за фактор, мне мешало недостаточное знание биологии, но я был уверен, что он той же самой природы, что и возбудитель туберкулеза — палочка Коха, потому что назначения потенцированного микроорганизма оказывало поистине чудесное действие — развитие заболевания останавливалось, исчезали болезненные проявления, здоровье человека быстро восстанавливалось. К тому же в дальнейшем пациент становился менее восприимчивым к заражению, как это бывает после иммунизации.

В настоящее время все большее значение придается наследственности. Но врачи-гомеопаты уже давно в своей практике пользовались методами, позволяющими определить наследственную предрасположенность человека к туберкулезу и вылечить это заболевание на ранних стадиях, когда еще нет необратимых органических изменений, а заболевание проявляется только функциональными нарушениями[2].

Не стоит игнорировать мнение практикующих врачей-гомеопатов, которые считают, что патогенный микроорганизм — это кажущаяся, не истинная причина болезни. Я уверен, что постепенно биологи различных школ станут рассматривать микроорганизмы как симптоматические, микроскопические элементы, форма которых зависит от того органа или ткани, где они локализованы. И тогда будет описано множество фильтрующихся вирусов, существование которых все же еще окажется недостаточным для объяснения истинной причины заболеваний, и вот тогда настанет очередь таинственных эманаций со странным непредсказуемым действием, которые и являются истинной причиной всех болезней. И клиническая терапия будет оставаться ненадежной и неэффективной, пока Медицина будет считать идеи Л. Пастера о причине заболеваний единственно верными — этот путь неизбежно приведет в тупик.

И действительно, далеко не при всех заболеваниях можно выделить характерный патогенный микроорганизм. Болезни, которыми болеет человек в течение жизни, являются внешним проявлением медленной трансформации организму обусловленной передающимися по наследству факторами, названными С. Ганеманом «миазмами», или «токсинами» по современной терминологии которые нарушают нормальное функционирование его органов и систем и не дают свободно развиваться. Организм пытается всеми возможными способами освободиться от «этого болезнетворного начала или хотя бы ослабить его действие.

Причиной всех болезненных состояний, известных на сегодняшний день, всегда является интоксикация одним из основных, передаваемых по наследству миазмов, от которых страдает человечество: Tuberculin, Syphilis, Sycosis, Psora и Carcinosin.

Tuberculin и Syphilis передаются по наследству из поколения в поколение, и врачу-гомеопату вовсе не нужно делать анализ крови или ставить кожную пробу, чтобы определить их постоянное влияние на организм человека. Наследственное влияние выражается в формировании определенного конституционального типа человека, характеризующегося своими индивидуальными морфологическими и психическими особенностями.

Определив по внешнему виду тип человека, врач-гомеопат может довольно четко диагностировать имеющиеся нарушения и определить дальнейшее развитие заболевания, чего не могут сделать обычные клинические или лабораторные методы исследования. Осуществив такой ретроспективный анализ, врач-гомеопат может с помощью гомеотерапии эффективно лечить различные патологические состояния.

Так же обстоит дело и с миазмом Sycosis, описанным С. Ганеманом, который представляет собой совокупность болезненных проявлений, вызванных повторяющейся гонококковой интоксикацией приобретенной или переданной по наследству. Я подчёркиваю — «по наследству», потому что возбудитель гонореи — гонококк — может быть ни разу не обнаружен современными методами анализа и гнойные выделения из уретры, характерные для гонореи, также могут никогда не наблюдаться. Но в организме все равно находятся токсины, которые медленно, но неотвратимо заставляют его трансформироваться.

Болезненные состояния, вызываемые подобной трансформацией, хорошо известны и достаточно полно описаны. Определены и гомеопатические препараты, надежно устраняющие эти патологические состояния и успешно противостоящие дальнейшим изменениям.

Psora Ганемана, библейская лепра или средневековая чесотка, что одно и то же, является самым древним токсическим наследием, передаваемым из поколения в поколение. Этот миазм уходит корнями глубоко в наследственность и не проявляется до поры до времени, хотя у многих людей, имеющих особенно выраженную предрасположенность именно к Psora, в течение жизни он время от времени проявляется определенными болезненными состояниями, исчезающими через некоторое время так же внезапно, как и появились, независимо от того, лечились они или нет.

И, наконец, Carcinosis который известен, в основном, своей последней стадией — раковой опухолью. Злокачественное новообразование является заключительной стадией длительной борьбы организма, чувствительного к этому миазму, На более ранних этапах характерные реакции организма, варьирующие в определенных рамках для каждого индивидуума, позволяют определить предрасположенность человека к раковым заболеваниям и с помощью гомеопатических препаратов не допустить образования опухоли или, по крайней мере, надолго отодвинуть время ее появления[3].

Необходимо подчеркнуть, что у болезни нет непосредственной причины, она — результат. Острая или хроническая, явная или скрытно текущая, она всегда является следствием — ей всегда предшествуют болезненные состояния, степень выражения и проявления которых зависит от места локализации патологического процесса и индивидуальной реактивности организма.

Обычно, когда хотят пошутить, говорят, что «это врачи создают болезни», хотя с гораздо большим основанием можно сказать, что «каждый человек сам «делает» свою болезнь». Это действительно так, и какими бы ни были констатированные анатомо-физиологические нарушения, проявления этих нарушений в огромной степени зависят от индивидуальных особенностей пациента, и, следовательно, одна и та же патология у разных людей проявляется по-разному.

В наш беспорядочный век, когда целые поколения не видят смысла в своем существовании, когда различные партии борются друг с другом за власть в ущерб нации, Медицина испытывает те же потрясения — так же, как и общество пренебрегает интересами личности, так же и врач пренебрегает интересами больного, находящегося на его попечении, забывая о своем священном долге.