ЗОВ ПУТИ

ЗОВ ПУТИ

После смерти отца Сергей Сергеевич практически ежедневно стал наведываться в греческий зал кардиологического центра, где ранее помещалась госпитальная церковь. (Здесь когда-то отпевали Мусоргского.) Он благодарил Господа за то, что тот услышал его молитвы, и просил указать путь к пониманию, хотя бы чуть-чуть приоткрыть завесу той тайны, той панацеи, которая поможет страждущему больному человеку. Сердце сына, который потерял отца и молил теперь за других, за тех, кому еще можно помочь, за тех, кого еще можно спасти, было открыто для высших сил больше, чем когда бы то ни было. Сердце врача, который мечтал только об одном – помочь своим пациентам, было восприимчивее теперь, чем когда бы то ни было. Сердце исследователя, не желающего мириться с безысходностью, жадно стремилось к прорыву в неизвестное и готово было на любые жертвы и подвиги ради этого.

И Бог услышал эти молитвы. Может быть, это звучит немного высокопарно, особенно для ученых и атеистов. Но это так. Нет, не было ангела с огненным мечом. Все было совсем по-другому. Возможно, когда-нибудь он расскажет нам об этом. Когда-нибудь, когда мы будем готовы понять. Только вот будем ли? Недаром Посвященные на протяжении стольких веков хранят свои тайны…

С тех пор он почувствовал в себе Силу. Этого не передать словами, не описать. Теперь он знал, что делать. Понимание приходило постепенно, шаг за шагом, постепенно приходило Знание. Накапливался опыт, и практика, опровергая все сомнения, подтверждала, что все это не фантазия, не игра воображения. Убедить кого-то – трудно, но важнее всего было убедиться самому. Как ученый он не склонен был верить в то, что не поддается никакому анализу, в ту силу, которую невозможно измерить никакими самыми совершенными приборами. Убедить могла только практика. Только выздоравливающие больные, которым никто, кроме него, не сумел помочь.

Хотелось бы проследить каждый шаг Доктора Коновалова на его пути. Потому что каждый его шаг имел свою глубочайшую логику. Сергей Сергеевич не проснулся однажды утром великим целителем, нет. Он шел к своей цели день за днем, шаг за шагом, влекомый неведомой Силой, указывающей ему путь к его предназначению.

***

Итак, после смерти отца Сергей Сергеевич продолжал работать в инфарктном отделении. Спустя приблизительно месяц он стал замечать, что во время обходов на него словно наваливается какая-то тяжесть, а руки становились необыкновенно упругими, как ему тогда казалось. Это были первые его необычные ощущения, самые первые проявления необычного дара. Но так как он был весьма далек от простейших даже понятий о биоэнергетике, то не придавал этому поначалу никакого значения. Просто констатировал как факт, и все. Он не читал никакой оккультной литературы, не интересовался, да и времени не было. К чему ему, серьезному ученому, весь этот вздор? Какой интерес могут представлять собой теории, которые не имеют практического применения? Он ежедневно читал разнообразную клиническую литературу, стремясь быть в курсе новейших разработок, в надежде отыскать там что-нибудь, что поможет в лечении сопутствующих хронических болезней его пациентов.

Однажды медсестра вызвала его к больному, страдающему инфарктом миокарда на фоне сахарного диабета, осложненного энд артериитом нижних конечностей. Мужчина испытывал дикие боли в ногах.

Сергей Сергеевич распорядился ввести наркотики и анальгизирующие препараты. Пока сестра совершала все необходимые процедуры, больной продолжал мучиться. Через 3-4 минуты после инъекции боль все еще заставляла его стонать. И вот тут впервые произошло нечто такое, что и стало первым шагом на пути Коновалова к открытию собственных способностей, разработке своего метода лечения, основанию собственной клиники.

Трудно сказать, что он испытывал в тот момент.

Мучения больного были непереносимы для него, а еще более непереносимым было сознание, что он ничем не может ему помочь. Разве что наркотиками.

"Господи, – подумал он, – помоги же этому человеку". И в этот момент, словно успокаивая больного, провел рукой над ногой пациента, которая была источником боли. Почему он совершил это движение – непонятно. Он стоял в трех метрах от пациента, и рука его прошла над воображаемой больной ногой мужчины. Но как только он сделал это – боль прекратилась.

Но поскольку Коновалов не верил ни в какие чудеса, то этому первому факту не придал совершенно никакого значения. А так как больному за три минуты до этого ввели обезболивающие препараты, он был совершенно уверен, что боль сняли именно они.

На следующий день произошло то же самое. Наверное, для того чтобы поскорее снять боль, Доктор все сделал в точности так же, как вчера. Но на третий день во время обхода он неожиданно для себя подошел к этому пациенту и провел рукой над его ногой. Он до сих пор не знает, что заставило его сделать это. Высшая сила? Отчаяние Доктора? Стремление любыми средствами помочь больному? Это было для него не важно. Важнее всего было то, что боль тут же прошла. А через несколько минут ошарашенный больной объявил, что ему кажется, будто его нога вот уже третий день гораздо теплее, чем была.

Сам Доктор был удивлен ничуть не меньше больного: "Для меня это был настоящий шок в полном смысле слова, потому что я не понимал, не знал и даже в мыслях допустить не мог того, что произошло".