Слушать внимательно, слушать осторожно

Слушать внимательно, слушать осторожно

Вечером того же дня я обещаю себе убавить громкость в масштабах своей жизни. Начинаю с детской. Собираю все гудящие, пищащие, вопящие игрушки и следующие полчаса заматываю пластмассовые динамики клейкой лентой.

– Что ты делаешь, папа? – спрашивает Зейн.

– Чиню сломанные игрушки, – говорю я полуправду.

Это был сокрушительный успех, во всяком случае, на мой взгляд. Вы по-прежнему слышите, как танцующий цыпленок Эльмо требует от вас «похлопать крыльями», но так, словно его окунули в ванну с водой (именно это я хотел бы с ним проделать).

Следующий пункт – защита от шума. В интернет-магазине наушников я заказал SilentEar – оранжевые каучуковые беруши для многократного использования. Они прослужили мне неделю или около того. Но мне не понравилось ощущение, когда что-то находится у меня в ухе. Поэтому пришлось раскошелиться на пару наушников Bose с шумоподавлением. Они обошлись мне в 300 долларов (чем не стрессовое воздействие?).

Я тестирую их в самолете на пути в Атланту на презентацию своей «библейской» книги[61]. Надеваю наушники, нажимаю рычажок и… тишина не наступает. Я по-прежнему слышу сигнал «Пристегните ремни». Но благодаря наушникам громкость снизилась с 10 до 7, словно я погрузился в дрему.

В течение месяца я ношу наушники все чаще и чаще. Огромные, черно-серебристые, они и сейчас у меня на голове. В наушниках я выгляжу как служащий аэропорта Дж. Кеннеди на погрузке багажа.

Я ношу их, когда работаю, когда забираю сыновей из школы, когда чищу зубы. Меня спрашивают, что я слушаю. Прекрасные звуки тишины, отвечаю я.

Джули стала называть меня Лайонелом Ричи, потому что вид у меня, будто я только что вышел из студии, где записывалась We Are the World. По крайней мере, я на девяносто пять процентов уверен, что она имеет в виду именно это. Общаться со мной – все равно что говорить по Skype с Эквадором. Я могу что-нибудь не расслышать, но обычно мне удается это скрыть, кивая и улыбаясь. Не стоит недооценивать силу кивков и улыбок.

Но получается не всегда. Недавно мы отводили детей в гости, и я надел наушники.

– Пожалуйста, сними их, – сказала Джули, пока мы ждали лифт.

– Почему?

– Они дурацкие.

– Это как солнцезащитные очки. Они защищают мои уши, очки – глаза. Тот же принцип. Они блокируют негативные стимулы. Почему очки – это круто, а наушники – дурацкие?

– Пожалуйста, сними их.

Я сдался.

Но это лишь побуждает меня доказать Джули, какая опасно громкая у нас жизнь. Для этого я заказал по Интернету децибелметр. Он выглядит как ректальный термометр. Я ношу его с собой всюду, незаметно достаю и при первой же возможности делаю замеры.

Вот некоторые результаты. (Помните: громкость выше 85 децибел (шум садового пылесоса) может привести к необратимым нарушениям слуха.)

Ресторан – игровой салон Dave & Busters на Таймс-сквер – 102 дБ.

Вход на станцию нью-йоркского метро (линия C) – 110 дБ.

Зейн, недовольный тем, что мы пропускаем последние пять минут «Веселых рыбок», – 91 дБ.

Джули, которая пытается выяснить, куда я дел ее Time, – нет данных. Как только я подношу децибелметр к ее рту, она отказывается говорить. Эффект Гейзенберга[62] в действии.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.