Факты — хлеб науки (мои эксперименты)

Факты — хлеб науки (мои эксперименты)

В свое время задумалась над этим вопросом и я, в результате чего родилась новая, основанная на неопровержимых научных фактах, концепция целебного питания, изложению которой и посвящена эта книга. Но прежде чем сесть за письменный стол, чтобы начать работу над ней, я провела целую серию собственных врачебных экспериментов, показавших, как мало стоят представления теоретиков сбалансированного питания. Результаты экспериментов документально зафиксированы специалистами НИИ физической культуры в бесстрастных строках официальных протоколов.

Одним из первых экспериментов, на теоретическую и практическую подготовку которого у меня ушло не менее 10 лет, был эксперимент со сверхмарафонцами.

Однако сначала я расскажу о моих первых попытках практически реализовать концепцию целебного питания, показавших, как много трудностей стоит на пути тех, кто стремится к здоровому образу жизни. Выделяясь, словно белые вороны, из массы людей, они подвергаются насмешкам, издевательствам, а то и угрозам физической расправы со стороны конформистов, для которых болото банальных представлений стало естественной и единственно возможной средой обитания. Причем чем ниже уровень образования человека, тем злее и непримиримее его конформизм. Я не могу не вспоминать с благодарностью и восхищением тех, кто первыми отважились встать на указанный мною путь естественного здоровья. Как не сказать, например, о лесорубе, который, дождавшись, когда вся бригада уедет с делянки на автобусе, бежал обнаженным в зимнюю стужу 13 км до поселка. Но и он не рискнул бросить вызов общественному мнению, надевая на окраине поселка свою обычную одежду. «Стеснялись» собственной смелости и женщины-маляры, занятые на наружных работах, и литейщики, которым моя Система помогла избавиться от бесконечных простудных заболеваний.

Моя самая искренняя признательность молодым инженерам М. Куклачеву и К. Яценко, которые были не простыми исполнителями моих назначений и рекомендаций, а активными участниками проводимых мною исследований и экспериментов. Они стали одними из первых моих последователей, перейдя на естественный образ жизни и целебное питание, с присущим молодости энтузиазмом включились в посвященные Дню космонавтики ежегодные многодневные пробеги из Гагарина, через Калугу и Москву, в Звездный. В организации этих пробегов я принимала непосредственное участие, поскольку в прежние годы работала в Институте космических исследований, где возглавляла сектор отбора и подготовки космонавтов.

По моей просьбе Миша Куклачев снова перешел на сбалансированное питание, но с учетом естественного объема желудка. Некоторое время его пищей были самые изысканные высококалорийные продукты питания. После этого он вместе с Костей Яценко вновь принял участие в очередном традиционном пробеге из Гагарина в Звездный. И если Костя, продолжавший питаться естественной целебной пищей, не потерял на дистанции ни грамма веса, то Миша за несколько дней похудел на 8 кг. Честное слово, если бы не такие люди, как они, если бы я не ощущала их ежедневной заинтересованной поддержки и понимания, мой путь к новой концепции питания и естественного оздоровления был бы намного длиннее и труднее.

Как видите, первому моему официально зарегистрированному и принятому комиссией, составленной из специалистов НИИ физической культуры и спортсменов-профессионалов, эксперименту со сверхмарафонцами предшествовала долгая и непростая подготовка. В чем же состояли его сущность и цели?

Было решено включить в состав участников очередного ежегодного массового пробега 1983 г., посвященного Дню космонавтики, группу спортсменов, которые перешли на питание растительной пищей, сохраняющей естественные биологические свойства исходных продуктов.

Их стол отличался обилием свежеприготовленных салатов, кашами из цельных круп, отварами целебных трав с медом. Поскольку спортсмены жили все вместе, члены комиссии имели полную возможность убедиться, что никто ничего украдкой не ел.

Контрольной группой был фактически весь основной состав сверхмарафонцев — участников забега. Однако для протокола из их числа отобрали четырех спортсменов, которые по уровню подготовки и физическим возможностям примерно соответствовали членам моей экспериментальной группы.

Рацион питания спортсменов контрольной группы был составлен по нормам, разработанным Институтом питания, и включал в себя высококалорийную пищу, богатую белками, жирами и углеводами. В него входили 180 г пищевого белка, около 200 г жира и 900 г углеводов, что соответствовало 6000 ккал. Состав продуктов также полностью соответствовал «научным» представлениям: мясо во всех видах, рыба, вермишель, макароны, хлеб, наваристый суп, крепкий чай, кофе, какао, шоколад, консервы, «Геркулес», избыток поваренной соли и сладостей.

Во всем остальном никаких различий между спортсменами не было. Им предстояло преодолеть за семь дней около 500 км. При этом выпадающие на их долю нагрузки можно было сопоставить разве что с нагрузками молотобойцев или шахтеров. В соответствии с таблицами, разработанными Институтом питания в Москве, они должны были потреблять от 5000 до 6000 ккал в сутки. «Мои» же спортсмены в период подготовки к пробегу получали не более 800 ккал, а в дни тяжелых нагрузок — до 1200 ккал.

Накануне старта члены комиссии не скрывали своей убежденности в провале эксперимента. Меня уверяли, что члены моей группы сойдут с дистанции на первых же километрах, если я не накормлю их мясом, колбасами, сыром, творогом, не напою крепким чаем с сахаром, если не буду подкреплять их силы во время пробега солеными сухариками и геркулесовым отваром с солью. Пугали тем, что при недостатке соли в организме неизбежны судороги мышц. Однако уже на второй день пробега лица контролеров стали задумчивыми, на третий — вновь повеселели, но уже потому, что эксперимент шел по предсказанному мною сценарию. Члены контрольной группы приходили к финишу очередного этапа обессиленными, измотанными, а участники экспериментальной группы — бодрыми и свежими. Объективные результаты обследований свидетельствовали о том, что мои питомцы, не в пример соперникам, оказались более выносливыми и не только не теряли, но и прибавляли в весе.

Результаты эксперимента ошеломили Спорткомитет, и мне дали право отобрать для его продолжения лучших спортсменов страны. Я получила возможность познакомиться с нашей спортивной элитой, изучить образ жизни этих людей. С тех пор я глубоко уважаю этих мужественных, целеустремленных девушек и юношей, посвятивших свою жизнь постоянному преодолению себя, достижению все более и более высоких результатов, находящихся, казалось бы, на грани человеческих возможностей. Но тогда же я убедилась, что главная ставка при этом делается на развитие природных данных спортсмена, а не его духовного и физического здоровья. Другими словами, делается все, чтобы выжать из него наивысший результат, не особенно беспокоясь, как это отразится на его здоровье, спортивном и человеческом долголетии. Тогда же мне стало понятно, почему многие спортсмены болеют чаще и тяжелее, чем обычные люди.

Там мне удалось заинтересовать Системой Естественного Оздоровления двух замечательных спортсменок — мастера спорта международного класса по марафону Р. Смехнову и мастера спорта по бегу А. Харитонову. Уже в следующем пробеге в честь Дня космонавтики, состоявшемся в 1984 г., Аня Харитонова, которая стала убежденной сторонницей Системы Естественного Оздоровления и целебного питания, преодолела дистанцию протяженностью 450 км за неполные пять дней. При этом она, единственная женщина, бежавшая в группе из 40 мужчин, заняла шестое место. Сегодня Аня мать 4-х детей, но по-прежнему участвует в соревнованиях по бегу на длинные дистанции, занимая призовые места. Что ни говори — заслуженное спортивное долголетие!

Р. Смехнова, как и А. Харитонова, решительно отказалась от обильных рационов питания, положенных спортсменам высокого класса, и перешла на потребление малобелковой и низкокалорийной растительной пищи, сохранившей свои природные биоэнергетические особенности. Уже после трех месяцев тренировки по моей Системе она первой среди советских спортсменок-марафонок встала на пьедестал почета международных соревнований, проходивших в 1983 г. в Хельсинки. И это в 32 года! Сегодня возраст Раи приближается уже к пятидесяти, но она постоянно участвует в соревнованиях по марафону, демонстрируя высокие результаты.

Пример двух моих любимых учениц красноречиво подтверждает: Система Естественного Оздоровления, включающая в себя и целебное питание, позволяет человеку продлить свое активное долголетие, сохраняя отменное здоровье.

В связи со сказанным мне вспоминается история одной из участниц экспериментального пробега 1983 г. Э. Мариничевой. Перед началом одного из занятий в группе здоровья, которую я веду, ко мне обратилась изящная, стройная женщина с умным, волевым лицом и попросила зачислить ее в мою группу без медицинской справки. Оказалось, что лечащий врач не счел возможным выдать ей такую справку по данным кардиограммы.

Мне понравилась настойчивость Эльвиры, ее искреннее желание восстановить свое здоровье. После тщательного врачебного осмотра я нашла, что ей по плечу нагрузки значительно большие, чем те, которые я даю в группе здоровья, и начала готовить ее к участию в супермарафоне. Прикрепила к Эльвире и нескольким присоединившимся к ней женщинам инструктора. Они встречались ежедневно рано утром, до начала работы пробегали 10–15 км в состоянии динамической аутогенной тренировки, всю осень и зиму купались в открытом водоеме, занимались гимнастическими упражнениями и дыханием по Системе Естественного Оздоровления.

Настойчивость и целеустремленность Эльвиры помогли ей справиться с недугом, и тот же самый врач, который в свое время не разрешил ей заниматься в обычной группе здоровья, вынужден был выдать справку по форме № 227, дающую Эльвире право участвовать в супермарафоне. Этот пример я привела лишь для того, чтобы показать, как много значат в восстановлении здоровья душевные качества человека, его воля, разум и, безусловно, знания о реальных возможностях человека.

Обследования, проведенные в ходе эксперимента психологами, позволили установить и еще одну закономерность: те из участников пробега, которые жили по Системе Естественного Оздоровления, отличались устойчивостью эмоционально-психической реакции в отношениях с окружающими, большей доброжелательностью, спокойствием, готовностью помочь.

Закончив эксперименты со сверхмарафонцами, я решила провести новые, уже с альпинистами и горными туристами. В предисловии я упоминала о первом из них, поэтому здесь ограничусь несколькими деталями, которые, я надеюсь, еще раз напомнят вам о роли вашего сознания и воли при переходе на предписанный нам природой образ жизни.

Среди трех альпинистов — участников эксперимента особенно выделялся один. Выделялся своим классическим телосложением, за которое даже мужчины называли его Аполлоном, своей строгостью в питании: еще до начала нашего опыта он был убежденным вегетарианцем. В юности у него был единственный близкий друг, который умер от рака.

Проводя у постели умирающего долгие часы, чтобы не оставлять его в одиночестве перед лицом приближающейся смерти, молодой человек, о котором идет речь, поклялся себе, что в память о безвременно уходящем товарище он не станет поддерживать свою жизнь за счет умерщвления других живых существ. И никогда не нарушал свою клятву.

Продолжением эксперимента с альпинистами стала экспедиция горных туристов в альпинистском лагере Ала-Арча, в которой участвовали двое мужчин и две женщины. Одной из них была автор этих строк. Мы поднимались до восхода солнца и без завтрака уходили в горы. Проходили около 15 км (по шагомеру, который мы брали с собой) и к пяти часам вечера возвращались в лагерь. Здесь врач и начальник лагеря взвешивали и обследовали нас, после чего мы шли обедать.

В наш рацион входили горячие похлебки, свежеприготовленные каши из пророщенной пшеницы, отвары дикорастущих трав с арчой и барбарисом. После обеда, спокойно беседуя, мы проходили еще 10 км, но теперь уже не вверх, а вниз по склонам гор, после чего возвращались. Таким образом, за день мы преодолевали около 25 км. Спали на открытом воздухе, ели один раз в день, пили- два раза. Ни один из нас не похудел, ничем не заболел. Напротив, разъезжались поздоровевшими, полными сил.

И наконец, чтобы завершить разговор об экспериментах с альпинистами и горными туристами, напомню о нашем переходе по горным тропам из Нальчика в Пицунду, продолжавшемся 23 дня. В это время наш суточный рацион состоял из 50 г гречневой крупы и 100 г сухофруктов при тяжелейших физических нагрузках. Достаточно сказать, что за дни путешествия мы преодолели четыре горных перевала. В Пицунду вошли бодрыми, жизнерадостными, тогда как наши случайные попутчики-туристы, питавшиеся в соответствии с рекомендациями теории сбалансированного питания, едва передвигали ноги от усталости.

Еще более впечатляющими были результаты четырех организованных мною пеших переходов через среднеазиатские пустыни. И я, и мои спутники получали с пищей не более 600 ккал в сутки, проходя при этом до 30–35 км в день по сыпучим пескам в условиях резко континентального климата пустыни.

Особенно поучительным был уже упоминавшийся мной первый, состоявшийся в июле-августе 1987 г., во время которого я по просьбе Географического общества СССР проверила также возможности снизить общепринятую норму потребления воды при летних походах в пустыне. До этого считалось, что в жаркие летние месяцы во время пеших экспедиций в раскаленные пески человеку необходимо потреблять не менее 10 л воды, чтобы обеспечить достаточную терморегуляцию тела.

Бытовало мнение, что пот, увлажняя поверхность кожи и затем испаряясь, охлаждает ее. Но я врач и знаю, что, попадая в организм, вода не просто «напрямую» выделяется через поры, а проходит ряд серьезных преобразований, требующих от организма немалых затрат энергии. Поэтому избыточное потребление жидкости ослабляет и перегревает его. Кстати, явление это известно еще с глубокой древности. Не случайно Юлий Цезарь, прежде чем отобрать из числа кандидатов пополнение для своих легионов, устраивал негласное испытание. Новобранцы должны были совершить длительный пеший поход, не получая при этом ни капли воды, после которого им предоставляли возможность вволю напиться. Тех, кто пил много и жадно, что называется «взахлеб», отбраковывали.

К эксперименту готовились 15 человек, однако по различным причинам смогли принять в нем участие лишь 11. В группу входили исследователи, которым необходимо было изучить обнажившиеся участки дна Аральского моря в условиях полного безводья, так как по пути не было ни одного колодца, а также туристы. Все они прошли подготовку в Системе Естественного Оздоровления и полностью перешли на целебное питание. В полном составе группе предстояло пройти по маршруту Аральск — Каратерень протяженностью 125 км. Предполагалось преодолеть это расстояние за семь дней, однако нам хватило и пяти. Мне в то время было уже за 70, но обузой я не была. Напротив, подавала другим пример выдержки и терпения. Из Каратереня я с туристами вернулась в Москву, а исследователи пошли дальше. Впоследствии один из них за участие в этой экспедиции удостоился чести быть занесенным в книгу рекордов Гиннесса.

В ходе эксперимента мне удалось снизить водопотребление в условиях пустыни в 10 раз.

Во-первых, сыграло свою роль то, что участники перехода потребляли исключительно малобелковую, низкокалорийную пищу, полностью лишенную животных продуктов, которые требуют потребления 42 г воды на грамм белка.

Во-вторых, мы пили структурированную воду, обогащенную травами, которая не повышает, а понижает температуру тела.

Учитывалась также рефлекторная реакция слизистой рта в пустыне. На потребление обычной холодной воды она тут же откликается безумной жаждой. Оказалось, что достаточно взять в рот обычный камешек или изюминку, чтобы началась выделяться слюна — естественная структурированная жидкость, и жажда утихала. Тот же эффект дает горячая вода с добавлением трав.

Все это, как я уже говорила, позволило снизить водопотребление до одного литра в сутки без ущерба для здоровья, но со значительным повышением эффективности терморегуляции организма.

Начиная свой эксперимент, я меньше всего ожидала, что он вызовет такой широкий резонанс. Пришла масса писем, в том числе из-за рубежа, в которых наряду со словами восхищения проскальзывали и нотки сомнения. А в письме, пришедшем из бывшей Чехословакии, прямо заявлялось, что снижение потребления воды ниже 10 л просто-напросто невозможно по чисто физиологическим причинам.

Чтобы рассеять сомнения моих оппонентов, я решила организовать новую экспедицию, пригласив в нее и участников из Чехословакии. Такая совместная экспедиция состоялась уже в следующем, 1988 г. и включала в себя по шесть человек с каждой стороны: пять моих последователей, живущих, как и я, по Системе Естественного Оздоровления, автор этих строк, и пять хорошо тренированных спортсменов из Чехословакии. Шестой была сопровождавшая их переводчица. И хотя мои соотечественники были физически менее подготовлены, ни один из них не сошел с дистанции. Трое из зарубежной группы выбыли сразу. Одна из них не выдержала тренировочных походов в сухих горах Копет-Дага, еще один выбился из сил на второй, другой — на третий день перехода. Остальные, в том числе и переводчица, прошли с нами 134 км, после чего их силы иссякли. Этого и следовало ожидать, потому что питались они высококалорийной пищей, содержащей большое количество животных белков, и выпивали каждый не менее 10 л воды в сутки. Вид при этом у них был крайне изможденный.

Члены же нашей группы выглядели великолепно и настолько хорошо себя чувствовали, что, доставив зарубежных коллег в обжитые места, решили вернуться на 134-й километр и прошли маршрут до конца, преодолев еще 272 км.

Мой отчетный доклад в НИИ физкультуры о результатах всех экспериментов, проведенных в 1983–1989 гг., произвел настолько большое впечатление, что мне были выделены средства на осуществление еще одного — заключительного, самого масштабного и доказательного.

Благодаря материальной поддержке института я смогла привлечь к участию в нем семь излеченных мною в Системе Естественного Оздоровления бывших больных, страдавших такими распространенными хроническими заболеваниями, как инсулинозависимый диабет, хроническая, не поддающаяся лекарственному лечению гипертония, язвенная болезнь луковицы двенадцатиперстной кишки, тяжелый пиелонефрит на фоне лекарственной аллергии, цирроз печени, сердечная недостаточность при ожирении. Входил в группу и больной, излеченный мною от рака фатерова соска. До начала эксперимента все они прошли самое тщательное обследование в НИИ физической культуры и получили разрешение участвовать в 500-километровом пешем переходе через пески Центральных Каракумов по маршруту Бахарден — Куртамышский заповедник.

После тщательной подготовки, занявшей у нас 10 дней, мы вышли в путь. Двигались по бездорожью, увязая в раскаленном до 50 °C песке. Тем не менее шли легко, наслаждаясь неповторимой величественной красотой природы, грандиозными, захватывающими дух солнечными восходами и закатами. Спали на небольшой кошме, тесно прижавшись друг к другу. На одном из ночлегов пустыня преподнесла мне памятный сувенир: в кольце лежавшего у меня под головой рюкзака осталась сухая шкурка пролезшей через него змеи, которая таким образом избавилась от старой кожи.

Ели мы один раз в день, пили зеленый чай с добавленными в него медом и изюмом, которые обладают свойством охлаждать кожу. Потребление воды, как обычно, не превышало одного литра в сутки.

Первоначально предполагалось пройти маршрут за 20 дней, но участники перехода настолько легко переносили большие физические нагрузки, что мы уложились в 16 дней.

На финише все чувствовали себя великолепно, не только сохранив массу своего тела, но и увеличив ее. И это при минимальном количестве пищи и воды.

Какие же выводы можно сделать из поистине уникальной серии экспериментов, подготовленных и осуществленных мною за семь с небольшим лет (1983–1990 гг.)? Причем здесь я рассказала далеко не о всех, а лишь о наиболее значительных из них, в каком-то смысле этапных, во многих из которых я принимала личное участие. И это, кстати, немаловажное обстоятельство, лишний раз свидетельствующее о высокой эффективности Системы Естественного Оздоровления, в которой я живу более 40 лет. Потому что, согласитесь, прошагать 500 км по обжигающим пескам пустыни под силу далеко не каждому молодому здоровому мужчине, а мне как-никак исполнилось тогда 74 года.

Но если отвлечься от эмоций и попробовать перевести результаты экспериментов на бесстрастный язык цифр, то нетрудно заметить, что Система Естественного Оздоровления, а когда я говорю о ней, то непременно имею в виду и ее неотъемлемую часть — целебное питание, переводит человека из состояния «практического» здоровья (или практического нездоровья, что, по сути, одно и то же) в состояние полного фактического здоровья. Первое состояние характерно для человека искусственного, рожденного современной больной цивилизацией, второе — для человека разумного, внявшего голосу природы и подчиняющегося ее предписаниям.

Конечно, отдельно взятому человеку попытаться хотя бы на шаг отступить от общепринятых представлений о «рациональном», «сбалансированном» пищевом рационе неимоверно трудно. Именно поэтому я уделяю такое большое внимание пропаганде не локальных систем и методик, позволяющих излечить те или иные болезни, а знаний о законах и принципах жизнедеятельности живых организмов, и прежде всего человека. Только такие знания, ставшие внутренним убеждением, способны укрепить вашу решимость противостоять деформированному общественному мнению, помочь вам превратить окружающих из ваших невольных антиподов в союзников и единомышленников, самому искать и находить дорогу в храм Природы, дарующей нам то ощущение высшей гармонии, которое мы именуем духовностью.