ХИРУРГИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ ИСПРАВЛЕНИЯ СКОЛИОЗА 6

ХИРУРГИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ ИСПРАВЛЕНИЯ СКОЛИОЗА

6

Вытяжка суставов. Аня, сколиоз четвёртой степени. Методы Харрингтона, Гиббса, Котреля-Дюбуссе и другие хирургические практики лечения сколиоза. Операция за 120 тысяч долларов и инвалидность на всю жизнь.

Когда в следующий раз пришёл черёд бани, я случайно услышал разговор двух женщин, вернувшихся после правки Мамаева.

— Я ведь врач, — говорила, не скрывая удивления, одна из них, — и могу сказать, что при помощи аппарата Илизарова за месяц нога удлиняется на один сантиметр, но мне сейчас за несколько минут Олег Иванович вытянул ногу на два сантиметра, это же невероятно! А вы его откуда знаете?

— От своей коллеги по работе, — отвечала вторая. — Водитель, с которым она ехала, решил быстрее проскочить железнодорожный переезд, машину сильно подкинуло, и она ударилась головой в потолок кабины. После этого стали мучить постоянные головные боли. Прошла обследование и выяснилось, что у неё сдвиг шейного позвонка. Врачи ничего сделать не смогли, работу пришлось оставить, только боли-то от этого никуда не подевались. От кого-то она узнала про Мамаева, приехала, он позвонок ей на место поставил, теперь снова работаем вместе. Тогда и я со своими болячками сюда подалась.

Вскоре идёт «баниться» мужская смена. На этот раз я не только проверяю позвоночники до и после лечения, но и помогаю целителю при вытяжке ног.

— Придерживайте с Сергеем таз Олега с двух сторон вот так, чтобы не двигался, а я начну ему суставы вытягивать. — Мамаев показал нам, как мы должны удерживать лежащего на спине Олега. Я снова при свете фонарика слежу за действиями волхва и снова не замечаю ничего особенного, но теперь лучше ощущаю некую его внутреннюю работу. Разминая поочерёдно суставы правой ноги пациента левой рукой, правой он одновременно потягивает ногу ниже сустава. Кажется, ничего не изменилось после проделанных манипуляций, но сравнив пятки обеих ног, обнаруживаем, что правая нога стала сантиметра на полтора длиннее. Снова обычная волшба.

В тот же день, когда удалось вылечить Григорьевича от мирового сионизма, в Ранадоре появился больной с сильным сколиозом четвёртой степени, вернее больная. Четырнадцатилетняя Аня из Южно-Сахалинска. Одно плечо ниже другого, одна нога короче, так что девочка заметно прихрамывала. Было видно, что даже просто сидеть ей больно. Мама Ани с некоторым страхом восприняла спартанскую обстановку Ранадора, видимо, ожидая увидеть обитель знаменитого целителя гораздо более комфортабельной.

— Здесь ведь нет даже элементарных условий! — восклицала она.

Но папа отнесся к обстановке совершенно спокойно.

— Подумаешь, — возразил он супруге, — в армии и не в таких условиях ночевать приходилось. Спать есть где, дров хватает, чего ещё надо?

Оставив Аню, родители уехали.

Я сфотографировал спину девочки, чтобы было с чем сравнить после лечения. Спина как с рисунка-схемы в лекции о сколиозе. Правое плечо опущено, левое поднято, у линии таза наоборот, — правая сторона выше, а левая ниже. Грудная клетка справа образует ярко выраженный «горб». К тому же таз несколько повёрнут в вертикальной оси вперёд, а плечи и грудная клетка назад, так что тело девочки как бы скручено наподобие шурупа. Соответственно мышцы спины, поясничного и тазобедренного отделов правой и левой стороны развиты непропорционально. Справа талия резко обозначена, будто перетянута невидимой верёвкой, а слева её линия почти незаметна.

И всё же, когда я взглянул на рентген-снимок позвоночника Ани, мне стало по-настоящему не по себе. Одно дело внешний вид, и совсем другое, когда видишь «без прикрас» сам позвоночник — неестественно изогнутый, со скошенными деформированными позвонками. Ни ходить, ни стоять, ни сидеть ровно девочка, естественно, не могла. Неужели это можно как-то исправить?

Посмотрел Аню и доктор. Он сказал, что в таких случаях единственный выход — операция, но она очень сложная и дорогая.

— А самое главное, — заключил доктор со вздохом, — что человек после операции остается инвалидом на всю жизнь. Ведь через брюшную полость врачам необходимо будет «добираться» до позвонков, сверлить и устанавливать штифты для вытяжки позвоночника. Кроме вытяжки ещё нужно повернуть позвонки вокруг вертикальной оси. В общем, операция и технически очень сложная, и по средствам дорогая, — снова повторил док.

— Врачи уже предложили Аниным родителям операцию, и цену сказали, 120 тысяч долларов, — уточнил Мамаев.

Здесь между целителем и доктором началась профессиональная беседа о хирургических методах лечения сколиоза, и мне оставалось только «оживлять» все эти жуткие вещи в своём «внутреннем» компьютере.

— Самым простым и надёжным методом считается имплантация стержня Харрингтона, — пустился в рассказ об истории операций Мамаев. — Этот метод был разработан хирургом Полем Харрингтоном из Хьюстона в 40-х годах XX века и успешно используется поныне. Хирург делает на спине срединный разрез, вводится специальный состав, уменьшающий кровотечение из мягких тканей, затем мышцы скрепляются специальными зажимами, и открывается позвоночник. Далее техника выполнения зависит от вида искривления.

При С-образном искривлении, открыв позвоночник, врач его выпрямляет (вытягивает). Для этого к позвонкам, находящимся в верхней и нижней точках искривления, крепятся L-образные металлические крючки с отверстиями на одном конце. В отверстие вставляется аутригер — стержнеобразное устройство, действующее по принципу домкрата. Поворачивая аутригер, удлиняют стержень и выпрямляют позвоночник.

Одновременно подготавливают позвонки к наложению костного трансплантата. При декортикации (удалении коркового слоя) обнажают нижний губчатый слой кости, из которого выделяется кровь — очень важный компонент, способствующий сращиванию позвонков с костным трансплантатом. После этого аутригер удаляют и вставляют в отверстие крючков новый стержень со специальными механизмами — храповиками с промежуточным звеном — «собачкой», с их помощью хирург производит коррекцию положения позвоночника. Затем с помощью специальных инструментов с бедра или рёбер берут материал для костного трансплантата.

Хирург, отодвинув мышцы, охватывающие бедро или ребро, снимает костную стружку, для чего кость делят на сотни узких полосок, которые затем укладывают крест-накрест на деформированные позвонки.

После уложения костной структуры снимают зажимы, удерживающие мышцы во время операции, расправляют мышечные и другие ткани на новом выровненном позвоночнике, закрывают раны и отправляют больного в палату. Вся операция обычно занимает 3-4 часа.

Костная структура сращивается с позвонками в единую сплошную кость через 6-12 месяцев у взрослых и через 4-6 месяцев у подростков. После такой операции необходимо минимум 4-6 месяцев носить жесткий корсет.

При искривлениях, трудно поддающихся коррекции, вводят два стержня: один — Харрингтона — на вогнутой стороне для вытяжения позвоночника, а другой — компрессионный — на выпуклой, для стягивания искривлённых сторон позвонков.

Это позволяет обеспечить более точную коррекцию сколиозного искривления, чем при использовании только одного стержня, — заключил волхв.

— В настоящее время используются десятки различных методов хирургической коррекции при сколиозе, и у каждого из них свои преимущества и недостатки, — заметил доктор.

— Впервые в мире успешную операцию по созданию искусственного межпозвонкового анкилоза провёл хирург-ортопед из нью-йоркской ортопедической клиники Гиббса в 1911 году. В качестве анестезирующего средства он применял капельный эфир, от которого пациент не всегда засыпал. В то время не было ни антибиотиков, защищающих от инфекции, ни заменителей крови, не существовало еще ни стержневых и проволочных фиксаторов, ни приспособлений, позволяющих удерживать позвоночник в прямом положении во время операции, — продолжил волхв. — Неудивительно, что современники считали его идеи сумасбродными, хотя сегодня хирурги, специализирующиеся на операциях позвоночника, идут практически по пути, проложенному Гиббсом. Хотя его операции не были столь сложными и высокоточными по технике, как современные методы.

Гиббс сращивал одновременно 2-3 позвонка с помощью костной стружки, снимаемой с позвоночника. Срастив 2-3 позвонка во время первого этапа, Гиббс закрывал рану и надевал на больного корсет на 6-8 недель, в течение которых больной оставался в клинике. Следующим этапом сращивалось еще 2-3 позвонка, и вновь одевался корсет. И так до полной коррекции и сращивания всех позвонков. В среднем это занимало около года.

— Сегодня наиболее близок к описанному методу приём, когда для соединения двух позвонков вживляется фрагмент бедренной кости. Часто для фиксации и предотвращения дальнейшей деформации используются штифты и винты, — дополнил Григорьевич.

— Я уже говорил, что самым простым и надёжным методом считается имплантация стержня Харрингтона, — опять продолжил Мамаев. — При хрупких костях крючки стержневого имплантата, крепимые к позвонкам, проходят через них. Во избежание повреждения костей, многие хирурги пользуются проволочными фиксаторами, выполняемыми различными способами.

— В некоторых случаях, — добавил док, — проволочные тросики пропускают через нервный канал, а затем обматывают ими стержень. В других — просверливают маленькие отверстия в остистых отростках позвонков, пропускают через отверстия проволоку и обматывают стержень. Этот способ в различных его вариациях считается самым надёжным, так как проволока не проходит через спинномозговой канал. В большинстве случаев при удалении стержня обеспечивается 60 % выпрямление искривления.

— Почему же не устраняют искривления совсем? — изумился я.

— Да потому что под остистыми отростками находится толстый канал спинного мозга, состоящего из высокочувствительной нервной ткани, по которой мозг передаёт информацию различным органам и получает информацию от них, — пояснил Мамаев. — А спинной мозг не терпит никакого насилия над собой, даже самого незначительного. Соответственно, выпрямление сколиозного искривления — очень рискованная операция. И не важно, какими методами это достигается — хирургическим вмешательством, вытяжками или мануальными приёмами. Об этом всегда нужно помнить.

— При поражении спинного мозга в результате неосторожных или неверных действий врача-хирурга, мануального терапевта, возможна параплегия — паралич нижней части туловища и нижних конечностей или неполный паралич, при котором нарушается функция одной нижней конечности. При резком растяжении спинного мозга, что может иметь место при хирургическом или костоправном вытяжении позвоночника, может быть нарушено кровообращение спинного мозга, также ведущее к параличу, — тут же подхватил доктор.

— Поэтому чрезвычайно опасны резкие встряхивания позвоночника, используемые в качестве приёмов некоторыми двух-трёхмесячными «спецами»-мануальщиками, при таких приёмах сохраняется риск нарушения или даже разрыва спинного мозга.

Именно поэтому я и повторяю постоянно — пользуйтесь услугами хороших специалистов. Только хороший специалист сможет определить величину безопасного усилия, необходимого и допустимого на конкретном позвоночнике. Это возможно только интуитивно и не просчитывается ни математическими формулами, ни «астрально-космическими посвящениями», — заключил волхв. — Вытяжение — это своего рода искусство.

— А есть ещё какие-то виды операций при сильном сколиозе, может, что-то погуманнее, помягче что ли? — с надеждой спросил я у «спецов».

— Подобен методу Харрингтона и имплантат, состоящий из двух L-образных стержней и очень большого количества проволочек, проходящих через позвоночный канал. После того, как стержни обмотаны проволочками и стянули позвоночник, концы проволочек закручиваются, загибаются вниз. Стержни размещаются между остистыми и поперечными отростками позвонков — т.е. на позвоночник как бы накладывается шина, стянутая проволочками, и точно так же делается костный имплантат, — «успокоил» меня Мамаев. — Хотя после операций по этому методу фиксация лучше и нет необходимости носить жесткий корсет, вероятность поражения спинного мозга значительно выше, так как через спинной мозговой канал пропускается большое количество проволочек. При всём его достоинстве, особенно при лечении больных с неврологическими расстройствами и расстройствами, обусловленными мягкостью позвоночной кости, остеопорозом, этот метод даёт меньшую площадь участка костной трансплантации, т. е. и меньшую площадь сращивания, и очень высокую вероятность поражения спинного мозга.

— Ну спасибо, — грустно пошутил я, — как говорится, «хрен редьки не слаще».

— Метод Котреля-Дюбуссе, который начали применять в 1984 г., по надёжности не уступает методу Харрингтона, а по прочности — методу, использующему два стрежня и большое количество проволочек, — продолжил просвещать меня Олег. — При этом методе вместо двух крючков вверху и внизу искривления, используется несколько крючков, размещаемых вдоль позвоночника, и стержень L-образной формы, закрепляемый с вогнутой стороны. После его закрепления хирург делает деротацию (развёртывание) позвоночника при его вытяжении. Для фиксации стержня, который держится на крючках, используют малые винтики, что позволяет обеспечить заданное положение позвоночника после коррекции. Затем для компенсации выпуклой стороны вводится второй стержень. Оба стержня удерживаются с помощью соединительных стержней меньшего размера, которые, пересекаясь с основными стержнями, образуют прямоугольник. Затем так же накладывается костная стружка. После операции по этому методу носить корсет нет особой нужды.

Описанные методы вроде бы более привлекательны, хотя бы из-за того, что они бескорсетные, однако нужно не забывать, что они связаны с вхождением в позвоночный канал. Для выполнения этих операций требуется высокий уровень мастерства хирурга, да и не для каждого больного можно их рекомендовать.

Метод Двайера разработан австралийским хирургом-ортопедом Аленом Двайером в 60-х годах уже прошлого ХХ века для лечения больных со сложным искривлением. Вместо вытяжения позвоночника и сращивания всех позвонков, он предложил удаление нескольких межпозвонковых дисков в верхней части искривления. Образовавшееся пространство заполняется костным трансплантатом, что позволяет обеспечить деротацию и выпрямление позвоночника.

Операция по этому методу выполняется в положении больного лёжа на боку. Открыв позвоночник (для чего удаляют ребро и часть реберного хряща и отводят в сторону внутренние органы), удаляют диски между позвонками в верхней части искривления. Затем на боковой половине каждого позвонка, составляющего искривление, крепится маленький металлический колпачок с отверстием в центре. В это отверстие вставляется винтик, который закручивают в центр позвонка. То же и на остальных позвонках. Затем в отверстия головок винтиков вставляется гибкий металлический тросик, а пространство, занятое ранее дисками, заполняется костной стружкой, снятой с удалённого ребра.

С помощью специального устройства тросик туго натягивается, стягивая позвонки, и позвоночник выпрямляется. Чтобы повысить надёжность тросика, обжимают головки винтиков на концах тросика, затем возвращают все органы в исходное положение и закрывают рану.

В зависимости от типа искривления, хирург проводит сначала деротацию, а затем во время следующей операции, через 7-14 дней — выпрямление позвоночника.

В некоторых случаях обязательно ношение в течение 4-6 недель после операции корсета.

Метод Цильке во многом похож на метод Двайера, но здесь вместо тросика используют гибкий стержень, а с помощью особого инструмента деротация позвоночника осуществляется сравнительно легко, одновременно с его выпрямлением. Гибкий стержень пропускается через отверстия в головках винтиков, вставляемых в позвонки.

Методы Цильке и Двайера по-разному оценивается врачами-ортопедами по степени риска и эффективности. Одни утверждают, что подобные операции оправданы лишь в некоторых случаях (например, при острых прогрессирующих формах сколиоза и при очень сильном искривлении) и могут быть рекомендованы больным с неврологическими расстройствами, обусловленными сколиозом, но не оправданы в обычных случаях. Так как при доступе к позвоночнику со стороны живота, бока, операция продолжается дольше и хирург работает в непосредственной близости к основным органам, то значительно повышается риск длительных осложнений.

Другие считают, что эти операции оправдывают себя при искривлении порядка 40-70°, при них сокращается площадь вмешательства, если вынуть два диска и создать искусственный анкилоз между тремя позвонками, то во многих случаях искривление можно свести к нулю. Качество коррекции по этим методам выше. Несмотря на рассечение большого участка и также смещение внутренних органов, больные чувствуют себя хорошо, кровопотери невелики, больные испытывают не столь острую боль, как при операции по Харрингтону и Котрелю-Дюбуссе.

Степень риска меньше, вероятность паралича ниже, чем при других операциях, так как искривление не удлиняется, а укорачивается и, следовательно, спинной мозг не растягивается. Вероятность осложнений значительно ниже. По крайней мере, при одиночном люмбальном или одиночном торако-люмбальном искривлениях более 45° эти операции более оправданы.

— Стоп, учёные мужи, так это что же получается, если удаляются межпозвонковые диски, и позвонки сращиваются, то позвоночник перестаёт гнуться, как будто человек аршин проглотил? — возмутился я последствиями искусственного сращивания позвонков.

— Хм, конечно это будет уже не полноценный позвоночник, — согласился док, — но зато больной избавляется от чрезмерной и постоянно прогрессирующей кривизны позвоночника, сдавливания и деформации внутренних органов. Хотя, как я уже говорил раньше, любая операция при сколиозе всё равно влечёт за собой инвалидность.

— А конкретнее, в чём это проявляется? — уточнил я у доктора.

— В том, что сильные боли, отёки, спазмы, будут преследовать человека постоянно, — тяжело вздохнул док. И добавил: — Когда удаляются диски, корешки выходящих из позвоночника нервов могут зажиматься, а это боль. Кровоснабжение позвонков вообще дело тонкое, а тут оно нарушается в результате их сращивания, вот вам отёки и спазмы. — доктор расстроено махнул рукой. Я тут же вспомнил Аню и подумал, какая страшная участь ждёт её в случае операции. Одно дело теоретические рассуждения, а другое конкретный живой человек, тем более ребёнок. Ведь, как пояснил доктор, человеку после операции нельзя не только бегать, но и много ходить, не говоря уже о какой-то нагрузке на позвоночник, лишённый амортизирующих дисков. Жизнь инвалида с четырнадцати лет и никаких просветов в будущем, естественно никакого спорта, туризма, да вообще никакой активной жизни! Обидно слаба наука в области здоровья!

— Понятно, в двадцать первом веке не намного большего достигли в этом деле, чем в двадцатом, — хмуро заметил я, — получи костыль в виде негнущегося позвоночника, да плюс постоянные боли и инвалидность и будь доволен, что ещё живой! Замечательный прогресс!

— Прогресс действительно слабый, — согласился Мамаев. — Поэтому если человек всё же решился на операцию, то ему нужно оценить степень риска с учетом собственного состояния здоровья и сложности операции. Засомневался — иди к другому врачу. Выбирая хирурга, как, впрочем, и врачей других специальностей, самое главное, что мы должны учитывать, — это его опыт и уровень мастерства. Ведь даже в хирургических операциях, выполненных по одним и тем же методам, результаты у различных хирургов совершенно разные. Если у одного хирурга неблагополучный исход операций составляет 15-20 % случаев, то у другого подобное крайне редко. Конечно, вполне возможно, что и первый хирург постепенно приобретёт мастерство и опыт, но хотите ли вы быть в роли лабораторной мышки сейчас?

Собираясь на операцию, следует узнать, сколько операций в целом делал хирург? Какой метод использует чаще всего? Сколько операций в месяц он делает этим методом. Еще лучше узнать имена и адреса больных, у которых этим хирургом уже проводилась та же операция. Если удовлетворён ответами, оцени совместно с этим врачом степень риска в конкретно твоём случае. А тогда — решай.

И желательно применять этот способ определения профессионализма относительно и врачей, и инструкторов здорового образа жизни, и тренеров, и целителей. Подобные оценки принесут гораздо больше пользы, чем оценка по количеству дипломов, научных званий или работ.

Да, подумалось мне, надо подробнее разобраться, что такое сколиоз и от чего он возникает. Лучше предупредить болезнь или ликвидировать её на начальной стадии, чем дотянуть до вышеописанного хирургического вмешательства. Поэтому я приступаю ко второй теме лекций Мамаева о спине.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.