ГЛАВА 3 ЖЕНЩИНЫ-ИСТЕРИЧКИ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА 3

ЖЕНЩИНЫ-ИСТЕРИЧКИ

Напомним, что предлагаемое читателю диагностическое распределение во многих случаях носит условный характер. Наряду с сексуальными нарушениями, как мы уже видели, человек может страдать истерическими расстройствами или злоупотреблять алкоголем. В какую группу его отнести? Постараемся осуществлять отбор по доминирующему заболеванию, в особенности если оно в какой-то степени повлияло на творчество или иную деятельность данной персоны.

В этой главе речь пойдёт об истерических нарушениях. Сначала рассмотрим, как проявляется эта «загадочная» и непростая болезнь. Дело в том, что истерия представляет собой собирательное обозначение нескольких болезненных состояний. Истерию издавна относили к «женским» болезням и объясняли её происхождение «голодом» матки. «Блуждающую матку» врачи в древности считали подвижным органом, и их усилия были направлены на то, чтобы «накормить» матку и вернуть её в прежнее положение. С этой целью половые органы больной женщины окуривали приятно пахнущими ароматическими маслами, а вдыхать заставляли средства, имеющие отвратительный запах.

Истерические и сексуальные расстройства во всех учебных руководствах рассматриваются отдельно. Однако внимательному читателю такое разделение может показаться ошибочным, так как он заметит между этими нарушениями много общего. И будет не одинок в своём заблуждении. Достаточно сказать, что даже великий Гиппократ, который и предложил название «истерия» (от греческого слова hystera — матка), считал её причиной сексуальных нарушений. Вплоть до XIX в. учёные были уверены, что истерией страдают только женщины, и лишь Зигмунду Фрейду хватило мужества выступить против этого предубеждения.

В настоящее время врачи уже не сомневаются, что истерией может заболеть и мужчина, и к ней следует отнести три группы психических нарушений:

1) истерическое расстройство личности (то, что раньше называли «истерической психопатией»);

2) диссоциативные расстройства, которые проявляются нарушениями сознания (амнезии, фуги, раздвоение личности и т. д.), а также различными соматическими жалобами, имитирующими другие болезни (параличи, нарушения речи, слепота и т. п.);

3) истерический психоз, который проявляется клинической картиной, напоминающей шизофрению или мнимое слабоумие. По этим причинам, в частности, истерию ещё называют «великой обманщицей», так как она копирует внешние проявления очень многих заболеваний.

Опишем только те расстройства, с которыми читатель столкнётся в последующих 24 примерах.

Истерическое расстройство личности — чрезмерная эмоциональность и стремление к привлечению внимания, которые проявляются в различных жизненных ситуациях. Распространённость — 2–3 %. Это расстройство личности преобладает у женщин. Формирование истерической психопатии завершается в 12–17 лет и чаще возникает у тех подростков, которые преодолевали трудности в межличностных отношениях с помощью «театрального поведения».

Основная черта истерической личности — привлечение к себе внимания окружающих. Пациенты непостоянны в своих привязанностях, капризны, проявляют непреодолимое стремление всегда быть в центре внимания, вызывать к себе сочувствие или удивление (не важно, по какому поводу). Последнее может достигаться не только экстравагантным внешним видом, хвастовством, лживостью, фантазёрством, но и наличием у них «таинственных» болезней, которые могут сопровождаться выраженными вегетативными пароксизмами (спазмы, ощущение удушья при волнении, тошнота, афония, онемение конечностей и другие расстройства чувствительности). В беседе с врачом больные склонны к детализированному рассказу о себе, сопровождаемому красочными метафорами, театральной жестикуляцией и интонацией. Обычно довольно безответственные и ленивые, они становятся живыми и энергичными, когда уверены, что их деятельность будет замечена. Стремясь привлечь к себе внимание своей слабостью и беспомощностью, они становятся постоянными посетителями лечебных учреждений, жалуясь на невыносимые физические и душевные страдания. Самое непереносимое для больных — равнодушие со стороны окружающих, в этом случае они лучше предпочтут роль «отрицательного героя».

Представителям обоих полов свойственно акцентировать внимание окружающих на своей сексуальной привлекательности, для чего они прибегают к фривольности, флирту, подчёркиванию своей неотразимости (при этом, однако, нередки психосексуальные дисфункции, например, аноргазмия у женщин).

Как уже было сказано, основным признаком истерии является желание показать себя в более выгодном свете, постоянная озабоченность своей привлекательностью и стремление к смене своего образа. Истерик хочет быть другим и использует для этого все доступные ему средства. Так что профессия актёра — пожалуй, наиболее приемлемый способ достижения этой цели, что и подтвердят последующие примеры.

Диссоциативные (конверсионные) расстройства — психогенно обусловленное невротическое состояние с соматовегетативными, сенсорными или двигательными нарушениями. Возникает, как правило, у лиц, склонных к истерии (преимущественно у женщин, стремящихся быть в центре внимания, обладающих повышенной впечатлительностью и эмоциональной неустойчивостью). В настоящее время, в связи с патоморфозом[6], главное место в клинической картине диссоциативного расстройства занимают соматовегетативные нарушения, а истерический припадок проявляется своеобразными сердечно-сосудистыми расстройствами, нарушениями пищеварения, дыхания, сексуальной функции, тотальным тремором («трясучка»), в результате которых больных не только госпитализируют в больницы общего типа, но могут подвергнуть и оперативному вмешательству.

Наблюдаются расстройства памяти (истерическая амнезия), движения и чувствительности, спазм век, афония, параличи рук или ног; иногда больные не в состоянии стоять и ходить (астазия-абазия). Расстройства чувствительности (онемение) не соответствуют зонам иннервации и проявляются чаще по типу «перчаток», «чулок».

Аффективные нарушения истерика характеризуются лабильностью эмоций, быстрой сменой настроения, склонностью к бурным аффективным реакциям со слезами, часто переходящими в рыдания. Усиление симптоматики отмечается при неблагоприятно складывающихся для больного обстоятельствах. В интеллектуальной сфере начинает преобладать «эмоциональная логика», поведение становится всё более демонстративным и театральным. Нередко наблюдаются психогенно возникающие амнезии, когда под влиянием психотравмирующей ситуации из памяти вытесняется всё, что с ней связано. При этом галлюцинаторные расстройства ярки, образны и всегда связаны с психотравмирующей ситуацией.

Истерическая амнезия — утрата больным памяти, обусловленная стрессом или травмирующим событием, при сохранении способности к усвоению новой информации. Часто наблюдается во время войн, природных или техногенных катастроф.

Амнезия развивается чаще у женщин, чем у мужчин. Изучение анамнеза позволяет выявить пусковой психогенный фактор — психологическую травму, связанную с болезненными эмоциями и психологическим конфликтом. Наиболее типичные пусковые факторы — переживание смертельной угрозы с ощущением невозможности избежать её, унижающий стыд или оскорблённое самолюбие, потеря эмоционально значимого объекта.

Истерическая амнезия может развиться и в результате панической реакции на собственные переживания (агрессивные, сексуальные), субъективно неприемлемые с морально-этической точки зрения. Механизм этого расстройства заключается в осуществлении психологической защиты личности: происходит как бы изоляция угрожающего воспоминания от сознания.

Истерической амнезии может предшествовать черепно-мозговая травма, не являющаяся достаточно тяжёлой, чтобы привести к соматическим или неврологическим последствиям. Эпизод амнезии начинается остро, и пациент обычно сознаёт утрату памяти. Наиболее часто наблюдается локализованная амнезия, характеризующаяся потерей памяти на короткий промежуток времени (в 80 % случаев — от одного до семи дней). В ходе затянувшегося эпизода пациент обычно обращается за помощью к окружающим. В этот период он может выглядеть дезориентированным, бесцельно блуждающим, не узнавая хорошо ему знакомые лица. Иногда внешне сохраняется привычный рисунок поведения и больной даже выполняет какую-то повседневную работу. Амнезия может приносить пациенту как первичную (утрата памяти о смерти близких), так и вторичную выгоду (удаление солдата в состоянии амнезии из зоны боевых действий). При выходе из состояния амнезии в памяти иногда всплывают отдельные элементы происходившего. Эпизод обычно завершается также внезапно, как и начинается.

Истерическая фуга — неожиданный уход человека из дома или с работы с последующей неспособностью вспомнить основные сведения о себе. Психогенные фуги наиболее часто встречаются в результате кризиса, сопровождающего интенсивный внутренний конфликт личности. Предрасполагающими факторами является наличие эмоционально неустойчивого или истероидного типа личности, а также сопутствующей аффективной патологии.

В основе лежит психологический фактор, связанный с желанием уйти от неблагоприятных и болезненно воспринимаемых обстоятельств. Таким образом, фуга (от лат. fuga — бегство) характеризуется совершением неадекватного поступка человеком в состоянии истерической амнезии. Больной в это время не осознаёт происходящего и внешне не выглядит дезориентированным. Он может назваться новым именем, сменить профессию и вовлекаться в сложные социальные взаимодействия и обычно не делает ничего привлекающего к себе особое внимание. Длительность фуги может составлять от нескольких часов до нескольких дней, реже — месяцев. Завершается эпизод, как и начинается, внезапно, часто на выходе из ночного сна.

А теперь перейдём к рассмотрению патографических иллюстраций.

Мария Тюдор (1516–1558) — королева Англии с 1533 г., дочь Генриха VIII Тюдора и Екатерины Арагонской. Восстановила католицизм и жестоко преследовала сторонников Реформации, а посему имела характерные прозвища — Мария Католичка, Мария Кровавая.

Судьба Марии Тюдор была весьма печальной. Отец очень любил свою старшую дочь, но всё изменилось после того, как Генрих VIII вступил во второй брак с Анной Болейн. Марию удалили из дворца, разлучили с матерью и потребовали, чтобы она отреклась от католической веры. Однако, несмотря на свой юный возраст, Мария отказалась наотрез. Тогда её подвергли множеству унижений: полагавшаяся принцессе свита была распущена, сама она стала служанкой при дочери Анны Болейн, малютке Елизавете. Мачеха драла её за уши, и Марии нередко приходилось опасаться за свою жизнь.

Казнь Анны Болейн принесла Марии некоторое облегчение, особенно после того как она, сделав над собой усилие, признала отца «Верховным главой англиканской церкви». Ей вернули свиту, и она снова получила доступ в королевский двор.

В 1554 г. Мария вступила в брак с наследником испанского престола Филиппом Габсбургом (с 1556 г. — король Филипп II), что привело к сближению Англии с католической Испанией. Супруг презирал её и вскоре бросил. Как Мария Тюдор ни стремилась, она так и не смогла забеременеть. А дальше последовала редкая и в то же время характерная для истерической личности реакция, которая заставляет нас вспомнить русскую императрицу Александру Фёдоровну: у английской королевы возникла ложная беременность.

После подобного афронта Мария Тюдор направила всю свою энергию на религиозную реформу, в итоге которой получила, как это часто бывает у истериков, противоположный результат: Англия окончательно превратилась в протестантскую страну. Более того, в результате неудачной войны с Францией Англия лишилась своего последнего владения на континенте — порта Кале.

Несчастливая личная жизнь и явно неудачное царствование не могли не отразиться на психике королевы. Патологический феномен «ложной беременности» относят к категории истерических расстройств, он является психогенным по механизму своего возникновения, являясь реакцией на тяжёлую жизненную ситуацию.

Анна Луиза Жермена де Сталь (урожд. Неккер) (1766–1817) — французская писательница, теоретик литературы, публицист. Являлась влиятельной фигурой раннего французского романтизма. Лорд Байрон, скептически относившийся к «учёным женщинам», делал для неё исключение, заявляя: «Она совершила в умственной области больше, чем все остальные женщины, вместе взятые; ей бы родиться мужчиной».

В 1786 г. Жермена де Сталь вышла замуж за шведского посла в Париже, барона Эрика Шталь-Гольштейна. Это был фиктивный брак, и он закончился в 1797 г. столь же формальным разводом. Мадам де Сталь имела, однако, троих детей, помогавших ей в редактировании её работ.

Писательница представляла собой сенсационнейшую фигуру тех лет. Один из биографов писал: «В Лондоне она вызывает такое любопытство, какое вызвал бы разве что сам Наполеон. Её появление в обществе неизменно производит фурор. Она говорит без умолку, везде и всюду проповедует, поучает, рассуждает, внушает, спорит. Она произносит длинные речи перед людьми, привыкшими слушать их только в палатах парламента. Самое говорливое существо на свете, она с одинаковой лёгкостью разглагольствует на четырёх языках: немецком, английском, итальянском и французском». Английская пресса описывала мадам де Сталь как самую диковинную иностранную женщину, которую только доводилось видеть лондонцам. Жёлтая шляпа на чёрных кудрях, лавровая ветвь в руке, горящие глаза на лоснящемся грубом лице — всё это выглядело весьма необычно. При всей своей внешней непривлекательности у неё были манеры светской львицы.

Истерическое расстройство личности не обязательно должно сочетаться с каким-нибудь соматизированным нарушением. У мадам де Сталь присутствовала самая основная черта истерии — стремление привлечь к себе внимание окружающих. И, как видим, это ей неплохо удавалось.

Беттина Арним (1785–1859) — немецкая писательница, представительница раннего романтического движения.

Мы уже упоминали, что главное для истерической личности — привлечь к себе внимание. Так, в отношении Беттины Арним князь Герман фон Пюклер-Мускау не без обиды пишет: «Она явилась сюда сама и на глазах у всей публики афишировала мнимую любовную связь со мной, да притом это сопровождалось такими дикими выходками, что она сделала меня мишенью для насмешек всего собравшегося у меня общества». Следует сказать, что в описываемый период Беттина Арним была отнюдь не 18-летней девушкой, а женщиной «на шестом десятке». Поведение Беттины в те годы вряд ли можно объяснить чем-то другим, кроме как сопутствующей климактерическому периоду истерией. Резкая смена настроений, эксцентричность, эротически окрашенные отступления в письмах к молодым людям — всё это выдаёт бунт против надвигающейся старости. Будучи почитательницей И. Гёте, Беттина Арним опубликовала после его смерти свою «Переписку Гёте с одним ребёнком», правдивость которой вызвала большие сомнения у критиков, так как к подлинным документам писательница присоединила много собственных домыслов, проникнутых восторженной экзальтацией.

Можно предположить, что Беттина Арним страдала псевдологией (патологической лживостью, характерной для истерической личности), наличие которой свидетельствует о менее благоприятном прогнозе. Писательница начинает «взрослеть» лишь в 60 лет. В этом возрасте её инфантильно-романтические интересы сменяются общественно-социальными, что сразу же нашло своё отражение в литературных произведениях.

Мария Фелисита Малибран (1808–1836) — французская оперная певица (колоратурное меццо-сопрано). Считается одной из самых выдающихся певиц XIX в. Она была сестрой хорошо известной российскому читателю другой певицы, подруги И.С. Тургенева — Полины Виардо. Ей посвящена опера американского композитора Р. Беннета «Мария Малибран».

Когда Малибран услышала впервые в консерватории симфонию № 5 до минор Бетховена, с ней сделался такой припадок, что её пришлось вынести из зала. Некоторые психиатры считали, что она страдала эпилепсией, но, вероятнее всего, речь шла об истерическом приступе.

Об игре прославленной певицы на оперной сцене биограф пишет: «Она настолько отождествляла себя с изображаемым персонажем, что порой играла словно в каком-то трансе. При этом она испытывала такие душевные потрясения, что, по словам её врача, порою впадала в истерику; однажды припадок зашёл настолько далеко, что в театр её пришлось внести на руках, но на сцене она пришла в себя, охватившая её было судорога отпустила, и певица великолепно сыграла свою роль; но после это снова впала в состояние невменяемости».

Припадки у Малибран носили не эпилептический, а истерический характер, поскольку отчётливо заметно их психогенное начало. Истерической природе припадка в большей мере соответствуют также его длительность, время суток (они чаще происходят днём, при скоплении народа) и отсутствие телесных повреждений в результате таких серьёзных приступов судорог. У больных эпилепсией часто присутствуют различные шрамы и следы от ожогов, чего никогда «не допустит» больной истерией. Таким образом, в случае французской певицы мы в очередной раз сталкиваемся с сочетанием истерического расстройства личности и успешной артистической деятельности.

Рашель (наст. имя — Элиза Рашель Феликс) (1821–1858) — французская актриса. Игра Рашель отличалась большой эмоциональностью, свойственной романтизму.

В детстве ей приходилось терпеть сильную нужду. Старшая сестра Сара пела на улицах и в кофейнях романсы, а Рашель собирала с публики деньги. Позже она стала выступать вместе с сестрой. Однажды на одном из парижских бульваров сёстры пели элегию о «Вечном жиде»; в толпе, собравшейся вокруг певиц, находился Этьен Шоран, руководитель парижской школы пения. Он зачислил Рашель в список своих учениц под именем Элизы. Пение Рашель не давалось; её голос был скорее пригоден к декламации, и она обратилась к изучению драматического искусства — сначала в частной школе, потом в Парижской консерватории.

Рашель обладала необыкновенной страстью к азартным играм. Великая трагическая актриса представляла собой «клубок нервов». Как-то на сцене с ней случился бурный и продолжительный истерический припадок. Во время приступов у неё иногда возникали зрительные галлюцинации — она видела гигантские руки, которые давили ей на грудь. Иногда эти видения сопровождались слуховой галлюцинацией, «голос» говорил ей: «Ты умрёшь здесь, под моими руками». Почувствовав приближение смерти, Рашель, усмехнувшись, сказала: «Я рада, что умираю в воскресенье, понедельник — день слишком скучный».

Как и абсолютное большинство других величайших актрис, Рашель не является исключением в отношении доминирующей симптоматики. Основными чертами истерии у актрисы являлись театральность и демонстративность, которые сопровождались чрезмерной аффектацией, иногда судорожными припадками, а также расстройствами восприятия. В тех случаях, когда истерия проявляется только эмоциональной экспрессией в мимике и речи, склонностью к драматизации, психиатры старой школы называют её «гистрионизмом» (от латинского histrio — актёр). Следует только отличать истерические нарушения у больных, которые никогда артистами не были и не будут и которые требуют специального лечения, от истерического расстройства личности, которое, развиваясь с детского возраста, может стать фактором, предрасполагающим и способствующим проявлению актёрского дарования, как в рассмотренном случае.

Мэри Бейкер-Эдди (1821–1910) — американская религиозная деятельница, основательница «Христианского общества», которое занималось лечением спиритическими методами. Одно время Мэри страдала тяжёлым параличом и была вылечена месмеристом. Об этом методе терапии стоит сказать несколько слов.

Австрийский врач Франц Месмер (1734–1815) разработал теорию «животного магнетизма». По его мнению, флюиды целебного магнетизма могут передаваться от одного человека к другому. Месмер проводил коллективные сеансы «магнетизации», сопровождаемые музыкой. Пациенты садились вокруг заполненной водой ванны и держались за железные прутья, которые торчали из неё. Источником «естественного магнетизма» выступал сам Месмер, который предварительно «заряжал» воду (помните Алана Чумака?), а во время сеанса способствовал исцелению, прикасаясь тонким железным прутиком к больному. У части пациентов в этот момент развивался истерический припадок. После него некоторые больные отмечали улучшение своего состояния или выздоровление. Судьба «животного магнетизма» была решена в 1784 г. решением Академии наук, заключившей, что «магнетизм без воображения не вызывает ничего». Так что речь шла о психотерапевтическом воздействии.

Впоследствии, занимаясь лечебной практикой, Бейкер-Эдди применяла тот самый метод лечения, который принёс успех в её случае. Благодаря свойствам своего истерического характера Бейкер-Эдди создала новое направление в американской общественной жизни и первая испробовала собственные рекомендации. В последние годы жизни она просила сообщить после своей смерти, что умерла в результате «ментального убийства зловещим животным магнетизмом», а не от естественных причин.

Абсолютное большинство религиозных деятелей (во всяком случае, основатели религиозных обществ, движений, конфессий) обладали рядом сходных психопатологических черт. Например, страдали каким-нибудь хроническим заболеванием (у Бейкер-Эдди — «болезнь спинного мозга»). Но главная объединяющая всех черта — выраженная истеричность. Причём истерия, как это и бывало в XIX в. и ранее, проявлялась в своей классической форме и сопровождалась разнообразными припадками, галлюцинациями и функциональными параличами. Вылеченный («месмеристом») психотерапевтическим способом паралич у Бейкер-Эдди ясно свидетельствует о его истерическом происхождении.

Желание быть во всём необычной — а это является доминирующим влечением истерической личности — проявилось у Бейкер-Эдди даже перед смертью, уже в довольно преклонном возрасте, когда обычно нивелируются все индивидуальные черты. Умереть, как все, от «естественных причин» было бы для неё слишком банальным, а потому неприемлемым. Вот «ментальное убийство» — это уже нечто оригинальное.

Суслова Аполлинария Прокофьевна (1840–1918) — русская писательница и мемуаристка; в начале 1860-х гг. — возлюбленная Ф.М. Достоевского, с 1880 г. — жена В.В. Розанова[7].

Суслова — поразительная женщина «как по способности издеваться над одарёнными людьми, так и по степени её чудовищно-садистического эгоизма. Суслова — феномен, безусловно, патологический. Это ярко выраженная истерическая психопатка, которая могла быть убедительнейшей иллюстрацией к любой книге об извращениях характера… Жаждущая беспредельного признания, эмоционально холодная, расчётливая, презиравшая жалость и милосердие, эта психопатка, побывав в руках Достоевского, стала ещё более извращённой… Аполлинария с детства отличалась неудержимой капризностью, кокетством, чувством неполноценности. Как все истерические психопатки, она страдала извращением полового влечения. Никого не любя, а испытывая лишь неглубокую чувственность без оргазма и благодарности к партнёру, она, говоря словами дочери Достоевского, „служа Венере, переходила из рук в руки, от одного студента к другому“. Может, так она мстила Достоевскому за то, что он был много старше её?.. Импульсивность, неустойчивость, непредсказуемость поступков сочетаются с расчётливостью, неэмоциональностью, каким-то шахматным, бухгалтерским подходом к Достоевскому. „Я его не хотела бы убить — но мне бы хотелось его очень долго мучить“, — заявила Суслова по адресу одного из своих недолгих возлюбленных…» Отечественный психиатр М.И. Буянов этим высказыванием даёт всеобъемлющую характеристику Сусловой.

После смерти своей первой жены Достоевский предложил Сусловой выйти за него замуж, но она отказалась. Их отношения продолжали оставаться нервными, неясными, мучительными прежде всего для Фёдора Михайловича. Для Сусловой Достоевский был не великим писателем, а всего лишь поклонником, книг которого она почти не читала. После окончания романа с Достоевским Суслова сожгла многие компрометирующие её бумаги, в том числе и письма к ней великого писателя. Тайна их бурных и необычных отношений так и канула в историю, оставив исследователям только догадки и предположения.

В 40-летнем возрасте Суслова вышла замуж за Василия Васильевича Розанова, которому было 24 года. (Тут Суслова поменялась ролями с Достоевским по части возрастных различий.) Может быть, благодаря Сусловой Розанов и стал знаменитым Розановым, одним из самых оригинальных и парадоксальных русских мыслителей. Но из-за разницы в возрасте и взбалмошного характера Аполлинарии их семейная жизнь постепенно становилась кошмаром. Она не только «пилила» своего молодого мужа, но и устраивала ему дикие сцены ревности с «публичным мордобитием». И всё это шло параллельно с её собственными «вольностями», флиртом и интрижками с молодыми друзьями мужа.

В воспоминаниях писателя В.В. Розанова хорошо передана особенность сексуальной жизни Сусловой: «Мы с ней „сошлись“ тоже до брака… Обниматься, собственно дотрагиваться до себя — она безумно любила. Совокупления — почти не любила, семя — презирала („грязь твоя“), детей что не имела — была очень рада».

Уже первая обширная цитата расставляет все диагностические точки над «i». Целесообразно только уточнить сам диагноз, приведя его в соответствие с новой психиатрической классификацией, — истерическое расстройство личности. Многие историки пишут, что этой женщиной была прожита пустая и бездарная жизнь, что она не оставила после себя ни доброй памяти, ни детей. Это одна правда. Но есть и другая правда: эту странную женщину любили два гения земли Русской — Достоевский и Розанов. Многие критики находили черты Сусловой в некоторых образах из романов великого классика — Полины («Игрок»), Настасьи Филипповны («Идиот»), Катерины и Грушеньки («Братья Карамазовы»).

Сара Бернар (1844–1923) — французская актриса, скульптор, литератор. В 1898–1922 гг. возглавляла «Театр Сары Бернар».

Актёрское образование и карьеру ей обеспечивали мамины поклонники: герцог де Морни устроил девочку в консерваторию, а к экзаменам её готовил сам Александр Дюма. Однако, несмотря на все старания, дебют удачным не был. Сара была невысокого роста, худощава, с небольшой грудью и плоскими бёдрами. Недоброжелатели называли её «прекрасно отполированным скелетом».

В своей книге воспоминаний Сара Бернар признаётся: «…Что касается меня, то невозмутимой меня никак не назовёшь, я очень активна и воинственна, и если уж чего хочу, то хочу сейчас, немедленно… Часто, будучи ещё ребёнком, я испытывала желание умереть, чтобы досадить окружающим… Любая мелочь повергала меня в трепет… Я всё доводила до крайности… Я палец о палец не ударила, чтобы привлечь к себе внимание, но мои причудливые вкусы, худоба и бледность, а также мне присущая манера одеваться, презрение к моде и полное пренебрежение всеми правилами приличия делали меня существом исключительным».

Среди женских биографий трудно разыскать более скандальную, более эксцентричную личность, чем Сара Бернар. Она довела своё «актёрствование» до полного логического завершения не только на сцене, но и в жизни. Вероятно, Сару Бернар можно признать первой «звездой» сцены, которая сделала себе имя на скандалах. Не проходило ни одного дня, чтобы газеты не писали об очередной сенсации, связанной с Сарой Бернар. То актриса приобретает «для личного пользования» пантеру, то летает на воздушном шаре, то, наконец, принимает интервьюера, лёжа в гробу. О последней странности первой в театральном мире «поп-звезды» разговоров было больше всего.

Одна из злопыхательниц даже утверждала, что Сара предпочитает заниматься любовью на этом похоронном ложе, чем и сводит с ума мужчин.

Сара Бернар была демонстративно экзотичной и шокирующей окружающих людей женщиной. Вычурными туалетами она подчёркивала свою худобу, а вооружившись хлыстом, доводила свою необузданность до «бешеной грации». Американский писатель Генри Джеймс назвал её «гением саморекламы, воплощением женского успеха».

«Самоописания» Сары Бернар являются классической иллюстрацией доставшихся ей по наследству от матери истерического поведения и мышления. Наиболее характерные для актрисы желания и влечения вытесняются из сферы сознания, позволяя ей в своих мемуарах, названных «Моя двойная жизнь», с чистой совестью заявлять о том, что она «палец о палец не ударила, чтобы привлечь к себе внимание». И затем ничтоже сумняшеся на сотнях страниц приводить разнообразные примеры своей «исключительности». Но многосторонняя художественная одарённость Сары Бернар, постоянно подогреваемая истерическими стремлениями «показать себя всем», создала в итоге феномен гениальной актрисы.

Крыжановская Вера Ивановна (литературный псевдоним — Рочестер) (1857–1924) — русская писательница, единственный представитель оккультного романа в России. Исторически является первой женщиной-фантастом в мировой литературе, и уж точно первым профессиональным писателем-фантастом в России. Автор более 80 повестей и романов.

Вера Ивановна росла очень болезненной девочкой и, по собственному признанию, искренне верила, что таинственные космические силы уберегут её от зла и болезней. Древней историей и мистикой Крыжановская интересовалась с детства; выступала на сеансах в качестве медиума. Популярность она завоевала в первую очередь как спирит-медиум, на сеансах которой присутствовал сам Николай II.

Писать Крыжановская начала с 18 лет и, следуя традиции, распространённой среди спиритов, утверждала, что произведения были продиктованы ей духом английского поэта Дж. Уилмота, графа Рочестера, жившего в XVII в., верившего в посмертное существование души на земле. Отсюда и её псевдоним, который она ставила на своих романах рядом с фамилией.

Не приняв революции 1917 г., тяжелобольная Крыжановская эмигрировала в Эстонию, где жила в нищете, подрабатывая гаданием на картах.

Крыжановская регулярно погружалась в полубессознательное состояние, записывая карандашом на бумаге послания своего духовного наставника Рочестера — притом на французском языке. Вся жизнь Веры Ивановны окутана каким-то мистическим ореолом. В ней самой было что-то неестественное. Вот, например, свидетельство того, как она писала свои оккультные романы: «Часто во время разговора она вдруг замолкала, слегка бледнела и, проводя рукою по лицу, начинала повторять одну и ту же фразу: „Скорее карандаш и бумагу!“ Обычно в это время Вера Ивановна сидела в кресле за маленьким столом, на котором почти всегда были положены карандаш и кипа бумаги. Голова её слегка откидывалась назад, и полузакрытые глаза были направлены на одну определённую точку. И вдруг она начинала писать, не глядя на бумагу»[8].

Когда человек в состоянии «транса» (самогипноза) создаёт текст не по собственной воле, а как бы под диктовку того, что он называет «бесплотный дух», то это явление в оккультизме определяют как «автоматическое письмо». Помимо указанных лиц можно назвать ещё английскую оккультистку Алису Бейли (1880–1949), опубликовавшую ряд книг («Эзотерическая астрономия», «Трактат по белой магии» и др.), которые, по её утверждению, «надиктовали» ей «тибетский мастер» и другие духовные создания. С психиатрической точки зрения можно предположить, что Крыжановская страдала истерическим расстройством личности.

Башкирцева Мария Константиновна (1860–1884) — русская художница и писательница. Марина Цветаева писала о ней:

Ей даровал Бог слишком много!

И слишком мало — отпустил.

О, звёздная её дорога!

Лишь на холсты хватило сил.

Башкирцева обладала россыпью талантов: у неё был великолепный голос, литературный талант (её «Дневник» получил большой общественный резонанс и до сих пор переиздаётся), способности полиглота, дар художника. Но в восемнадцать лет Мария Башкирцева начинает глохнуть, в девятнадцать теряет свой уникальный голос, а в двадцать начинает медленно умирать от туберкулёза. Всюду девушку окружали роскошь и всеобщее обожание. Мария легко схватывала всё новое и много, слишком много для юной девочки учится — иностранные языки и философия, история и литература, музыка и пение. И во всём она хотела быть первой, потому что цель Башкирцевой — не выгодное замужество с графом или бароном, а ни много ни мало покорение мира.

Нельзя сказать, что Мария недооценивала свои способности. Она хотела, например, чтобы её дневник был обязательно опубликован. «Я завещаю свой дневник публике… Я представляю вам здесь нечто невиданное… Когда я умру, прочтут мою жизнь, которую я нахожу очень замечательной (впрочем, иначе и быть не может)», — пишет она без ложной скромности. Так оно и произошло.

Однако насколько богатой была её творческая биография, настолько бедным представляется фактическое существование. Она так и не познала большой любви, поскольку вся её немалая энергия уходила на живопись и на любование собой. Под конец своей столь короткой жизни сама поняла этот факт: «Я нахожу, что с моей стороны было глупо не заняться единственною вещью, дающею счастье, заставляющею забывать все горести, — любовью».

Истерические психопаты всегда заслоняют людей с нормальной психикой, ведь они стремятся выделиться. Если их жизнь складывается по не зависящим от них причинам трагично, то они в ещё большей степени привлекают к себе внимание. Причём самыми различными способами: от социально позитивных (артистическое поведение) до социально негативных (вычурная одежда и поведение, демонстративные правонарушения). Истерические черты характера могут играть положительную роль только в сочетании с творческими способностями и достижениями, так как помогают быстрее добиться общественного признания.

Дневники Марии Башкирцевой полны самолюбования и стремления к «самодемонстрации». Отправившись, например, осенью 1876 г. на Украину, Башкирцева лихорадочно расширяет свои знания по сельскому хозяйству, но только для того, чтобы «удивить кого-нибудь разговором о посеве ячменя или качестве ржи, рядом со стихом Шекспира или тирадою из философии Платона». Другими словами, снова привлечь к себе внимание, что так свойственно истерической личности.

Истеричкам (позволим себе такой неврачебный эпитет), как мы уже говорили, свойственна склонность к обману. Эта малопривлекательная черта не стала исключением в картине заболевания Марии. Приведём один пример. Так, добиваясь славы всеми возможными путями, она послала на выставку в Ниццу чужую скульптурную работу, выдав её за творение своих рук.

М.И. Буянов пишет: «Нельзя отрицать выдающегося таланта Башкирцевой (её картины находятся в Лувре, в Русском музее и во многих других музеях мира), но он, возможно, оказался бы ещё более значительным, если бы не сочетался с истерическими свойствами личности».

Позволим себе не согласиться с последним утверждением автора. Не обладай Башкирцева истерическим честолюбием, её картины, скорее всего, находились бы не в Лувре, а пылились в домашнем особняке. Башкирцева считала себя способной быть «певицею и художницею», так как у неё «гигантское воображение».

Диагноз Башкирцевой можно считать установленным, но в настоящее время он звучит менее «осуждающе» — истерическое расстройство личности. Суть, разумеется, от этого не меняется. Не существует «хороших» или «плохих» диагнозов, также как нет «хороших» или «плохих» пациентов. Болезнь может быть тяжёлой или лёгкой. Если бы Башкирцева страдала только истерическим расстройством личности, то искусство (и живописное, и литературное) могло бы обогатиться ещё не одним шедевром. Но наличие такого тяжёлого и в XIX в. практически неизлечимого заболевания, как туберкулёз, явилось причиной её преждевременной смерти.

Что осталось от Башкирцевой? Книга в тысячу страниц, разошедшаяся поначалу огромным тиражом. Картины, о которых мало кто может сказать что-либо внятное. И всё-таки Башкирцева напрасно боялась, что её забудут потомки. В одном из музеев Парижа есть статуя «Бессмертие» скульптора Ланжепье. Красивый юноша держит свиток с именами художников, умерших молодыми и заслужившими посмертную славу. Среди имён только одно женское — Марии Башкирцевой.

Гиппиус Зинаида Николаевна (1869–1945) — русская писательница и поэтесса, идеолог символизма и литературный критик, жена писателя Д.С. Мережковского. Не получила систематического образования, хотя с юности отличалась большой начитанностью.

Гиппиус была олицетворением декаданса — «декадентской мадонной», как её стали называть после публикации «Посвящения» (1895 г.), содержащего строку: «Люблю я себя, как Бога». Этот образ искусно строился и внедрялся в сознание современников самой поэтессой, которая тщательно продумывала своё социальное и литературное поведение, сводившееся к смене нескольких ролей.

На протяжении всей жизни у Гиппиус доминировала основная черта истерической личности — ей очень хотелось поражать, притягивать, очаровывать, покорять. В конце XIX в. не было принято так «мазаться», как это начали делать женщины после Первой мировой войны. А Гиппиус наносила макияж густо и откровенно, словно актриса перед выходом на сцену. Такой грим придавал лицу вид маски, подчёркивал манерность и неестественность поэтессы. «Она не жестикулировала, не дополняла свои слова жестами, но, когда двигалась, её длинные руки и ноги вычерчивали геометрические фигуры, не связанные с тем, что она говорила»[9]. Её желание выделиться не знало границ: она была готова гарцевать на лошади или идти по узкой горной тропинке, лишь бы её слушали и ею восхищались.

Гиппиус вызывающе подчёркивала свою девственность: состоя десять лет в браке с Мережковским, она всё ещё носила косу — привилегия незамужних девушек. Расставшись же с косами, сделала короткую стрижку — и это в 1905 г., задолго до Коко Шанель! Её современник поэт С. Соловьёв отозвался о Гиппиус так: «Святая дева с ликом бляди».

Зинаида Николаевна чувствовала в себе бисексуальные наклонности, а многие современники считали её даже гермафродитом. «В моих мыслях, моих желаниях, в моём духе — я больше мужчина, в моём теле — я больше женщина», — писала она. У Гиппиус с Мережковским не было детей. И почему-то никто не удивлялся этому обстоятельству, словно окружающие забывали, что эта супружеская пара не только возглавляла литературный процесс России, но ещё и состояла в законном браке. К слову сказать, три другие родные сёстры Зинаиды Николаевны никогда не выходили замуж. Так что можно согласиться с И.С. Коном, который пишет, что «брак Гиппиус с Мережковским был чисто духовным, причём она играла в нём ведущую, мужскую роль». Кстати, Гиппиус всегда писала от имени лирического героя мужского рода, любила говорить о себе в мужском роде и подписываться мужскими псевдонимами: «Антон Крайний», «Лев Пущин», «Товарищ Герман». Она обожала эпатаж и розыгрыши, правда, если только эпатировали и разыгрывали не её. Ей непременно требовалось находиться в центре общего внимания и в курсе всех последних новостей.

«Теперь мы знаем, что она из своих неврозов брала свою энергию, из своих неврозов делала свои стихи, писала свои дневники, и своими неврозами кормила своё мышление, делая свои мысли яркими, живыми и острыми не только благодаря их сути, на которой, как на драгоценном компосте, они вырастали и зрели, но и благодаря тому стилю, которым они облекались», — вспоминала писательница Н.Н. Берберова, встречавшаяся с Гиппиус. Её острый, холодный, мужского склада ум, безусловно, был результатом подавления плоти, что является классическим примером сублимации (по Фрейду).

Чуть ли не каждая строчка мемуаров о З.Н. Гиппиус свидетельствует о наличии у неё истерического расстройства личности, которое совсем не обязательно должно сопровождаться истерическими параличами, припадками, нарушениями чувствительности и т. п. И мимика, и внешний вид, и поведение, и образ жизни — всё подтверждает этот диагноз. Известно, кстати, что при явном подчёркивании собственной сексуальной привлекательности больные истерией зачастую страдают психосексуальными дисфункциями (например, аноргазмией).

Ветрова Мария Федосьевна (1870–1897) — русская революционерка.

Внебрачная дочь крестьянки и уездного нотариуса, воспитанная в сиротском доме, вряд ли могла быть полностью довольна своей жизнью, несмотря на полученную профессию «домашней учительницы». Возможно, поэтому Мария в 1896 г. втянулась в нелегальную работу народовольцев. Но не успела она принять в ней сколько-нибудь активного участия, как в конце декабря 1896 г. была арестована «по делу Лахтинской типографии».

Мрачная, полностью изолированная камера подвального бастиона самым удручающим образом подействовала на психику молодой женщины, и на допросе она призналась в антигосударственной деятельности. По официальным документам, Ветрова не проявляла признаков душевного расстройства до 4 февраля, когда пожаловалась дежурному офицеру, «что испытывает очень неприятные ощущения: такие точно, какие свойственно испытывать иногда замужним женщинам. При этом добавила, что причиной этих неприятных ощущений она считает жандармов». Вызванная надзирателями акушерка подтвердила предположение врача о психической ненормальности заключённой, которую, по её словам, «через стену» насиловали жандармы.

Не найдя сочувствия своим переживаниям и не получив необходимой психиатрической помощи, Ветрова в болезненном отчаянии облила себя керосином из горящей лампы и 12 февраля скончалась от ожогов. Так как ситуация оставалась неясной, то мало кто мог поверить в столь быстрое развитие психоза. Поэтому у Казанского собора на панихиду по Ветровой собралась многотысячная демонстрация протеста.

Можно предположить, что у неподготовленной к суровой подпольной деятельности революционерки в состоянии сильного стресса возник бред воздействия. Этот вид бреда чаще всего проявляется синдромом Кандинского?Клерамбо, в большинстве случаев встречающимся при шизофрении. Однако в ситуации внезапного ареста и сурового тюремного заключения подобная картина, скорее всего, была проявлением истерического психоза.

Александра Фёдоровна (1872–1918) — супруга Николая II; с 1894 г. — российская императрица; оказывала большое влияние на решения императора. Мученическая кончина Александры Фёдоровны, расстрелянной вместе с семьёй в Екатеринбурге, превратила её в глазах потомков в святую, безвинно пострадавшую от рук убийц. Со временем история расставит свои акценты, а пока рассмотрим личность принцессы Алисы Гессенской с психиатрической точки зрения.

У последней российской императрицы отмечается чуть ли не весь спектр различных истерических расстройств. Заболела она в возрасте 14 лет, когда начались месячные. В это время у неё стали развиваться приступы неудержимой сонливости, во время которых появлялся судорожный синдром. Будущую императрицу лечили, и как будто успешно, но когда ей исполнилось 18 лет, болезнь стала прогрессировать.

Переехав в Россию и став императрицей, болезненно религиозная по своему характеру Александра Фёдоровна всё сильнее погружалась в мистицизм. Её влекло к таинственно-тёмным оккультным силам, к спиритизму и всякого рода волшебству. Она стала интересоваться юродивыми, предсказателями, ясновидящими. Императрица страдала также «тяжёлым неврозом сердца». До какой опасной степени доходила истерия Александры Фёдоровны, свидетельствует её ложная беременность. Навязчивая идея о ребёнке мужского пола, о наследнике до того овладела ею, что она вообразила у себя беременность, чувствовала все её обычные симптомы и даже пополнела.

Узнав о смерти Григория Распутина, императрица потеряла способность не только передвигаться, но лишилась дара речи. На этот раз болезнь осложнилась истерическим параличом конечностей, и императрицу приходилось кормить с рук.

Таким образом, в случае Александры Фёдоровны имели место связанные со стрессами невротические и соматоформные расстройства («тяжёлый невроз сердца»). Пиком истерических расстройств можно считать ложную беременность, истерическое нарушение походки и «паралич конечностей». Любопытная особенность заболевания Александры Фёдоровны: в тяжелейших условиях большевистского плена ни о каких проявлениях истерии у императрицы историки уже не упоминают.

Учитывая, что Александра Фёдоровна находилась под сильным влиянием Григория Распутина в основном благодаря своему истерическому характеру, а Николай II, как известно, во многом шёл на поводу у своей венценосной супруги, можно сделать следующий вывод: психическое расстройство императрицы сыграло немаловажную и трагическую роль в истории России.

Габриель Сидони Колетт (1873–1954) — французская писательница; стала первой женщиной, единогласно избранной в 1944 г. в члены Гонкуровской академии.

Между тем в 20 лет Сидони была девушкой, примечательной лишь косой длиной 1 м 58 см. В 1893 г. она вышла замуж за популярного в ту пору писателя Анри Готье-Виллара. Он ввёл её в литературные круги столицы, но при этом беззастенчиво использовал в качестве «литературного негра». Колетт написала для него серию автобиографических романов, которые он опубликовал под своим именем. Под собственным именем Колетт начала печататься лишь с 1904 г.

Первые месяцы замужества показались Колетт счастливым сновидением, но ей было суждено скоро «проснуться». Она узнала, что муж ей изменяет. Степень её отчаяния не поддавалась описанию — Колетт оказалась на грани безумия. Несколько месяцев Габриель провела в лечебнице, где врачи серьёзно опасались за её психику.

С 1906 г. она начала самостоятельно зарабатывать на жизнь и навёрстывать упущенное, выступая на сцене знаменитого кабаре «Мулен Руж»: Колетт стала актрисой-мим, а её поступки — темой для обсуждения.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.