Пороги нашей ущемленности

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Пороги нашей ущемленности

Невозможно эффективно лечить болезнь без правильной ее диагностики. Мы уже знаем, что морфологические изменения в структуре тканей мозга можно установить уже за 30 лет до появления первых клинических симптомов болезни, возникающих в последней трети необратимо развивающегося нейродегенеративного процесса, тянущегося незаметно в течение десятилетий. Он захватывает все больше и больше пространства мозга, поражая все новые и новые области нашего сознания, ущемляя человека в реализации его повседневной функциональной деятельности. Болезнь необратимо манифестирует себя не только посредством клинических проявлений. Задолго до этого мы можем распознать ее, применяя сенситивные (чувствительные) нейропсихологические тесты, используя действующие, апробированные критерии.

Именно применение таких тестов позволяет определить степень ущербности человеческих функций, пораженных первыми, еще скрытыми как для самого больного, так и для окружающих признаками будущего тяжелого недуга, например БА.

Начинающийся процесс разрушения различных областей головного мозга влечет за собой, вслед за нарушением памяти, появление дальнейших симптомов. Только тогда, когда нейродегенеративный процесс достигает этого уровня, можно посредством имеющихся на сегодняшний день критериев ставить клинический диагноз БА.

При этом необходимо учитывать, насколько ущемления когнитивных функций человека могут обнаруживать себя в условиях той среды, в которой живет личность, имеющая эти ограничения. Возможно, что условия обитания или проживания настолько просты, что они не требуют значительного напряжения для исполнения простых когнитивных функций. Поэтому в определенных условиях трудно установить наличие деменции.

Само понятие деменции означает приобретенное повреждение эмоциональных и важных психических функций, без принятия во внимание длительности протекания этого процесса, ведущего к затруднениям в повседневной жизни (Cummings 1995). Такое определение синдрома не в коей мере не является однозначным.

Нарушение нормальной деятельности человеческой психики может охватывать различные области. Например, процесс обучения и память могут страдать от ограничения усвоения и накопления новой информации и затруднения доступа к ранее приобретенным знаниям. Способность к мышлению, выражающаяся в решении проблем, может быть ущемлена вследствие затруднений в установлении взаимосвязей между явлениями, определении последствий, невозможности делать заключения. Речь характерзуется затруднением в подборе слов, изменением конструкций предложений, затруднениями в передаче информации при разговоре. В области внимания замедлена переработка информации, нарушено фокусирование внимания и его продолжительности, характерна быстрая утомляемость. Нарушение моторики выражается в затруднении координации отдельных движений, являющихся составляющими более сложных движений при сохранении нормальных моторных и сенсорных функций. Больной испытывает сложности при воспроизведении увиденного, например при рисовании двух— и трехмерного пространства и предметов. Наблюдается ограничение деятельности при реализации исполнительных функций — при целенаправленном планировании, инициировании и управлении. Происходят изменения личностных характеристик. Наблюдается потеря самоконтроля, учащение состояний аффекта, переходящего в эйфорию, низкая выносливость, нетолерантность, фрустрация, эмоциональная лабильность, раздражительность, агрессивность, измененное сексуальное поведение. К этим симптомам можно добавить неспецифические симптомы, такие как депрессии, страх, мании, обманчивость ощущений, беспокойство, нарушение суточного ритма.

Как мы видим, методы диагностики, ставшие для нас традиционными — заглядывание в уши и горло, пальпация живота и лимфатических желез, прослушивание стетоскопом, измерение кровяного давления, — уже недостаточны для освидетельствования состояния здоровья. В современной медицине, базирующейся на высоких технологиях, границы между здоровьем и болезнью определяются не только посредством тонких и требующих высоких затрат лабораторных и рентгеновских показателей, которые непрерывно совершенствуются, но и посредством психофизиологических тестов. Эти тесты должны быть максимально просты и доступны каждому, а их результаты — обладать высокой степенью надежности, ибо на их основании выносится жестокий приговор не только настоящему, но и будущему пациентов и их близких.

Стремление убежать от жестокого приговора врачей нашло свое отражение в опросе, проведенном Harris International (США) для фармацевтического концерна «Новартис» (Швейцария), уже упомянутого нами: почему жертвы БА не обращаются за медицинской помощью к врачу?

57 % — из-за незнания симптомов заболевания;

3 I % — из нежелания признать себя больным;

9% — из страха подтвердить диагноз;

3% — по иным причинам.

По данным врачей, лица, страдающие БА, обращаются за медицинской помощью довольно поздно: с момента проявления первых симптомов до первого обращения к врачу проходит как минимум год. Чаще всего пациенты просто не знают, что они больны, принимая симптомы болезни за обычные признаки старения.

В связи с этим возрастает ответственность родственников и близких больного за то, чтобы взять на себя инициативу визита к врачу для проведения специальных тестов и назначения лечения.

Достижение порога деменции зависит не только от интенсивности и широты распространения морфологических изменений. Наблюдения показывают, что интенсивное перманентное обучение, пожизненная умственная активность, постоянное стремление достигать непременных успехов в профессиональной жизни являются факторами, компенсирующими потерю нервных клеток и разрушение синапсовых коммуникационных структур.

Так, примеры, представленные в середине 2000 года на Всемирном конгрессе в Вашингтоне (США), показывают, что активная умственная деятельность защищает от процесса разрушения памяти. Это подтверждено наблюдениями над 129 парами близнецов, один из которых болел БА. Страдающие БА близнецы читали меньше, чем здоровые. Позже, в 2001 году, американские ученые установили, что люди, которые в возрасте между 20 и 60 годами здоровы душой и телом, впоследствии — в старости — меньше рискуют заболеть БА.

Ученые целенаправленно изучали те мероприятия, которые могут стать превентивными, защищающими от заболевания БА. Итоги показали, например, что каждый дополнительный год интенсивного обучения, дальнейшего повышения образовательного или профессионального уровня уменьшает опасность заболевания на 17 %. Может быть, поэтому великий Кант заболел этой болезнью в весьма преклонном возрасте.

Максимально используя скрытые резервы мозга, посредством специальной тренировки многие достигают поистине акробатических способностей к запоминанию имен, цифр, дат, слов, фактов и т. д.

Так, например, 18-летняя Астрид Плессл принадлежит к подобным акробатам. Она принимала участие в мировом чемпионате памяти «World Memory Championships» в конце августа 2002 года в Лондоне и стала чемпионом среди лучших и талантливейших специалистов памяти по безошибочному воспроизведению числовых рядов, сложных рифмических словесных упражнений, неизвестных имен и лиц. Ни одна участница этих соревнований не могла стать для юной австрийки конкуренткой — Астрид стала чемпионкой мира.

«Я распределяю карты и числа по картинам, которые я могу разместить где угодно, во всех уголках моего дома, — раскрывает секреты своей памяти талантливая чемпионка. — Когда я должна повторить ряды чисел или наборы карт, я хожу по дому и как бы собираю картины вновь».

Это типичный метод для акробатов памяти, так как человек гораздо легче мыслит в картинах, чем в числах и фактах.

Максимально используя скрытые резервы мозга, посредством специальной тренировки многие достигают поистине акробатических способностей к запоминанию имен, цифр, дат, слов, фактов.

«Способность человека запоминать вещи не обязательно зависит от IQ, — сообщает Хьюберт Кренн, руководитель и эксперт австрийского института по исследованию и развитию мозга. — Постоянная тренировка имеет решающее значение для каждого, а не только для тех, кто хочет быть участником таких соревнований памяти».

Чемпионка мира по памяти может запомнить в течение I часа порядок карт в I I колодах. Для запоминания порядка в одной колоде карт ей требуется всего I мин 14 с. Для подготовки к соревнованиям она должна тренироваться по 15 мин ежедневно в течение I -2 мес., и этого для нее вполне достаточно.

Совместные поиски медиков и ученых Мичиганского авиационного университета показали, что монотонность процесса увеличивает скорость работы мозга, и, наоборот, мозг требует больше времени на решение комплексных проблем и задач. Таким образом, мультиактивность можно считать эффективной только на первый взгляд.

Интерес к новым местам, постоянное стремление к познанию стимулирует память и ведет, кроме всего прочего, к эмоциональным возбуждениям.

«Тот, кто избегает рутины, остается духовно бодрым. Люди старше 80 лет, которые после переезда в другое место жительства чувствуют себя комфортно, несмотря на то, что они должны вновь запоминать адреса и улицы, учиться ориентироваться в новых обстоятельствах, имеют более высокий интеллект, — замечает профессор Леере, директор психиатрической клиники Эрлангенского университета, являющийся одновременно председателем немецкого общества по тренировке мозга. — У части населения память начинает сдавать уже с 25-летнего возраста. Особенно те, кто не отягощает свою память решением задач и проблем, подвержены забывчивости. Молодежь считает, что должна сохранить свой мозг свежим для больших и сложных вещей. Это неправильное жизненное кредо. Мозг не теряет своих качеств и свойств от многократного пользования, как обычный инструмент теряет свои функции от частого употребления — наоборот, при применении его возникают новые контакты между нервными клетками. Хорошо тренированный мозг способен на большую отдачу в более позднем возрасте. Если позволяет общее состояние организма, высокие показатели памяти сохраняются до глубокой старости. Только скорость переработки информации, так называемые текущие функции памяти, снижаются со временем. При употреблении выученных в прошлом приемов или посредством применения полученных прежде знаний можно компенсировать эти недостатки и даже улучшить качество памяти».

Несложные упражнения, разработанные доктором Леере и его сотрудниками, могут служить коротким зажиганием, стимулирующим стремление стать духовно активным человеком.

Чтение слов наоборот, кроссворды, загадки, устный счет, игра в карты, «морской бой» и другие соревновательные игры, в том числе на время, формируют и тренируют мозг, как спорт тренирует мускулы нашего тела.

Забота о своей памяти должна стать еще одним своего рода видом спорта и борьбой за собственную жизнь. И здесь большую помощь нам оказывают своеобразные тренеры мозга, в последнее время заполнившие образовавшуюся нишу спроса.

В основе методики таких тренеров лежит принцип разделения функций кратковременной и долговременной памяти.

При этом учитывается ответственность обоих полушарий за различные виды деятельности. Управление речью, чтением, счетом, логикой, концентрацией, анализом находится в сфере деятельности левого полушария. Правое отвечает за воображение, эмоции, вдохновение. Учитывается также их взаимодействие при переработке поступающей информации (речь с левого, картинка с правого полушария). Тренеры активируют возможности мозга, заложенные природой, усиливая их различными методами повторения и усвоения, применяя к памяти модель нанизывания информации «в порядке очереди». Статистикой подтверждено, что спустя 20 мин 50 % информации, нанизанной на кратковременную память, пропадает под натиском все поступающей новой информации.

Можно значительно улучшить способность приема информации и ее отзыва из памяти, переводя ее из кратковременной памяти в долговременную. Этого можно достичь путем регулярного повторения, построения ассоциативных картин, жестикуляции с одновременным произнесением дат, имен людей и номеров телефонов.

Ручейки событий создают в мозге постоянный поток информации, которая им усваивается и откладывается в память, причем под воздействием определенных факторов они могут активизироваться, и каждый из ручейков становится отражением событий в нашем сознании.

Это наглядно демонстрирует опыт, проведенный с мышью: если мышь будет искать шоколад, помещенный в одной ямке с орехом, то процесс обучения поискам шоколада будет значительно интенсивнее фиксирован запахом миндального ореха. Процесс поиска становится рациональным, и в лабиринтах клетки мышь выбирает оптимальный путь, ведущий к ореху, то есть к шоколаду.

Если память, возникшую в результате таких тренировок, подавить каким-либо медикаментом, то мышь чувствует себя совершенно дезориентированной.

Человеческую память можно сравнить с чередой сообщающихся комнат, где хранятся и накапливаются воспоминания, соотнесенные между собой во времени. Чтобы припомнить что-либо, достаточно побродить из комнаты в комнату, и ассоциативный механизм придет в действие. Можно себе представить многокомпозиционную съемку комнаты: камера кружит, опускается, поднимается, и двенадцать кадров складываются в общую картину, согретую сердечным человеческим теплом. Разумеется, мы смотрим извне, но от кадра к кадру наш взгляд становится все острее. Появляется ощущение, что мы чуть ли не физически находимся в изображенном пространстве. У нас возникает какая-то особая связь с этой комнатой, она становится частью нашей памяти. Тренеры памяти применяют эти ассоциации, например, для расширения и увеличения потенциала нашей памяти.

Учеными клиники Чикагского университета было сделано еще одно интересное и неординарное открытие, также связанное с привычками. Они установили, что человек, который при разговоре подсознательно прибегает к помощи жестикуляции, освобождает мыслительный потенциал, позволяя своему мозгу заняться решением других задач.

Ученые предложили участникам эксперимента несколько задач для решения. После этого участники должны были просмотреть ряд слов или букв и запомнить как можно больше из них. Затем участники должны были объяснить, как они решали эти задачи. В ходе объяснения они могли при желании прибегать к жестикуляции. Выяснилось, что участники эксперимента запомнили на 20 % больше слов или букв, если при объяснении математических задач они жестикулировали.

«Возможно, при жестикуляции часть информации укладывается в визуально-пространственный накопитель и тем самым освобождает место для дополнительной разговорной информации и ее обработки», — разъясняют ученые.

«Эта гипотеза еще недостаточно обоснована, — отмечают руководители проекта. — Мы сейчас ищем такие эксперименты, которые бы дали возможность проверить это».

Самовнушение о невозможности концентрироваться может принести когда-нибудь недобрые плоды. Причиной тому являются сигналы, посылаемые в наш мозг. Обычно эти сигналы и сама концентрация как реакция на них зависит от состояния нашей духовной энергетики. Тот, кто чувствует себя свежим, бодрым, жизнерадостным и уравновешенным, имеет все шансы концентрироваться для решения задач, которые подбрасывает нам жизнь со всей ее сложностью, неожиданностью и многообразием.

А вот ученые из университета Хоккайдо подтверждают распространенное утверждение «от компьютера тупеют».

Японский профессор нейробиологии Тошиюки Савагучи заявил, что человек, постоянно пользующийся компьютером, к тридцати годам теряет способность что-либо запоминать. Эти выводы сделаны на основе эксперимента, в котором принимали участие около 150 человек в возрасте от 25 до 35 лет. Примерно 10 % «активных компьютерщиков» отметили у себя серьезные проблемы с памятью.

Ученые США сообщают, что высокая активность вне рабочего времени также носит профилактический характер. «Регулярные активные движения на свежем воздухе поддерживают тело и дух в тонусе», — говорят американские неврологи.

Анализ поведения 6000 женщин показал, что прогулки на расстояние 30 км в неделю значительно повышают уровень интеллекта по сравнению с теми, кто ходит пешком только 3 км в неделю.

Совсем неожиданное сообщение пришло из США. Ученые Duke Medical Center в Северной Каролине в течение 1996–1997 годов опросили 595 пациентов старше 55 лет на предмет их религиозных убеждений. Те, кто свои болезни рассматривал как «наказание черта», а самих себя как «покинутых богом», имели два года спустя после опроса показатель смертности на 25 % выше, чем те, кто позитивно относился к вере.

«Результаты были крайне неожиданны для нас самих, — поясняет руководитель проекта Кеннет Паргамент. — Это показывает, что кроме всего прочего, пациенты для борьбы с болезнями крайне нуждаются в духовной помощи и поддержке».

И, конечно, перелеты на далекие расстояния, «поближе к Богу», через различные временные зоны приводят к стрессу, так как внутренние часы нашего организма больше не совпадают с действительным временем прилета. Последствия таких полетов — повышенный кортизон в крови, который может привести к изменению в гиппокампе.

Ученый Квангвук Чо из английского университета в Бристоле сделал вывод, что экипажи самолетов, с короткими интервалами поднимающиеся в воздух для длительных перелетов через многие различные временные зоны, часто имеют такие изменения в мозге. Он обследовал 20 женщин, работающих на борту: одна половина из них работает только в длительных перелетах через различные временные зоны, которые повторяются через каждые две недели отдыха, другая половина задействуется в тех же полетах, но через каждые 5 дней. Сканирование мозга показало изменения в области гиппокампа у второй группы. Правые височные доли мозга при этом были заметно меньше левых. Чем больше было содержание кортизона в крови, тем эта разница была отчетливей.

Результаты тестов на память и реакцию у второй группы были значительно хуже, чем у первой. Вероятно, подобные изменения происходят также и в мозге летчиков. Многократно повторяемые полеты на длительные расстояния без перерывов, по меньшей мере, в две недели, когда пилоты могут летать только на короткие расстояния, негативно влияют на их здоровье, угрожая и безопасности пассажиров.

И еще одно наблюдение сделали ученые: чтение литературы также тормозит развитие БА.

«Хорошо отобранные тексты пробуждают в мозге пациентов подчас давно забытые картины прошлого», — резюмирует профессор Герхард Кепф из Мюнхенского института исследований психиатрических воздействий длительного тестирования.

Профессор читал индивидуально подобранные тексты группе из 15 мужчин и женщин в возрасте от 40 до 60 лет, болеющих прогрессирующей формой БА, начиная с 1995 года. Тестированные пациенты теряли их отношение к реальности и способности к ориентации значительно медленнее, чем ожидалось, так как регулярное чтение текстов стимулировало их мозг.

Ритмы, мелодии и гармония также стимулируют различные области мозга. Применяя эти познания, американские ученые намереваются лечить не только дефекты речи, но и эмоциональные нарушения.

Посредством тренировки с применением классической музыки отдельные части мозга могут быть значительно увеличены, что дает возможность более эффективно использовать образовавшиеся объемы для последующих терапевтических методов регенерации нервно-клеточных процессов для восстановления памяти.

Как показывают работы ученых из Бостона, мозжечок мужчин с музыкальным образованием на 5 % больше, чем у мужчин, не играющих на музыкальных инструментах. У женщин не установлено никаких различий.

Результаты другого исследования отмечают, что на диссонансные тоны реагирует правая половина мозга. Гармоничные музыкальные тона активируют те части мозга, которые контролируют эмоциии.

В Техасском университете была установлена связь между чтением нот (правая часть мозга) и словами-интерпретаторами (левая часть). Этот мостик может быть использован для терапии повреждений речи. Так, например, пациенты, у которых в результате инсульта нарушена речь, могут снова учиться говорить посредством пения.

Большое количество диссонансного шума, согласно международным открытиям, не только вызывает общее расстройство здоровья, но и ухудшает память — особенно у детей.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.