«Ворон - птица старая»

«Ворон - птица старая»

Мир тесен, и не только в пространстве, но и во времени. Лет двадцать назад я, молодой журналист, поддавшись дачном лихорадке, начал тоже мордовать лоскут ежевики на Поповой горе под Мукачево. Когда пришло время сажать сад, меня выручил знакомый комсорг Толя. Привел в помощь своего деда Андрея, которому было за восемьдесят. Но я не успевал за ним, когда мы искали по опушкам саженцы-дички.

Еще больше меня поражала его нрав. Непостижимый глубинный покой взгляда с его внимательно-детским глаз. Говорил он мало, коротко, но в роскошной седой бороде всегда пряталась ласковая улыбка. Однажды в жаркий полдень он поднял голову и сказал: «Гроза будет». «Откуда вы знаете?» - Удивился я. «С Латорицы рыбой тянет». Я ничего не чувствовал, еще бы - до Латорицы было минимум 3 километра. А через час Мукачево накрыла обвальная майская гроза.

Вечерами, уставшие от работы и жары, мы сидели под старым орехом и дед Андрей рассказывал мне удивительные вещи об уссурийских лесах, о калмыцких степях, про реку Печора и горы Алтая, про буйные поймы Колхиды. Где он только не бывал...

С его скупых слов и комментариев Толи было очевидно, что судьба круто потрепала его. Учился в гимназии, семинарии. Дважды сидел. Один раз за то, что побил мадьярского жандарма, который приставал к его девушке. Вторично посадили коммунисты за кулачество. Скитался по миру, кем только не работал. Даже закончил лесной техникум в России. Впоследствии вернулся в Закарпатье, поселился у родственников в старой хижине. Жил с сада-огорода, мастерил по селам.

Мне Андрей Ворон признался тогда, что тоже пописывает немного. Опусов своих не показал, но несколько раз наведывался в редакцию, принося подарки рябиновую настойку, сухофрукты, бутылочку масла грецкого ореха. Вспомнилось, как уборщица спросила его: «У вас такое свежее лицо. Сколько вам лет? »« Ворон-птица старая », - отшутился старик.

Потом Толя женился, уехал во Львов и забрал его туда с собой. Больше о них я ничего не слышал.

...И вот недавно на мукачевском рынке встречаю лысоватого коммерсанта, в котором узнаю Толю. Объятия, рюмка, воспоминания. И среди прочего я узнаю, что в прошлом году (на 104 году жизни!) Умер дед Андрей. Укреплял после паводка погреб и его привалило землей. Осталась после него чемодан списанных тетради. «Я привезу тебе; Ты человек книжный. Может найдешь что-то интересное », - пообещал Толя.

Так и было. Через две недели я погрузился в причудливое кружево химического карандаша. Записи наблюдений за природой, впечатление от увиденного и услышанного, присказки, молитвы, нехитрые стишки и ценные маленькие секреты-советы, что творят целостный кодекс осознанного долгожительства.

Первые публикации об этом в прессе имели значительный и длительный резонанс. Многие признавались, что прочитанное чрезвычайно заинтересовало их и побудило задуматься над своей жизнью. Все были единодушны в одном: записи Андрея Ворона хотят прочитать в полном объеме, а еще лучше - в отдельной книге. А Общество врачей - натуропатов из Будапешта планирует перевести ее на венгерский.

Я тщательно отбирал из всех тетрадей все мудрые мысли, отредактировал и систематизировал их. И вот предлагаю эту книгу на суд читателей. С первого взгляда может показаться бессистемность изложения и повторяемость. На это мы пошли сознательно, сохраняя тональность первоисточника и акцентируя важность для автора на некоторых постулатов. В разрозненных по времени записях он не уставал повторять в разных вариантах одни и те же советы - о способе питания, физиологии и духовных основах жизни. Каждый совет нам казался ценным и пророческим.

Мирослав Дочинець