10.

10.

Когда психика способна идеально вспомнить какое-нибудь из проявлений органов чувств, она всегда идеально расслабляется. При этом, когда глаза открыты, зрение нор-мально, а когда они закрыты и прикрыты ладонями, чтобы полностью исключить свет, видно совершенно черное поле, т.е. совсем ничего не видно. Если вы сможете четко вспомнить тиканье часов, какой-нибудь запах или вкус, ваша психика придет в идеальное состояние покоя. Тогда, если вы закроете глаза и прикроете их ладонями, вы увидите аб-солютную черноту. Если ваша память на чувство осязания может сравниться с реально-стью, вы не увидите ничего другого, кроме черноты, если полностью исключите при этом свет. То же произошло бы, если бы вы четко вспомнили какой-нибудь музыкальный такт.

Но в любом из этих случаев не так легко проверить правильность воспоминания. То же самое можно сказать и в отношении цветов, отличающихся от черного. Все другие цве-та, включая и белый, зависят от количества света, падающего на них и они редко выглядят такими же ясными, какими их могут видеть нормальные глаза. Однако черный цвет, когда зрение нормально, также черен на тусклом свету, как и на ярком. Вдали он также черен, как и вблизи. При этом маленькая площадь также черна, как и большая, хотя в действи-тельности кажется чернее. (Черный цвет, помимо всего, легче получить в свое распоряже-ние, нежели другие цвета. Ведь нет ничего чернее типографской краски, а ее можно встре-тить повсюду.) Следовательно, посредством воспоминания черного можно точно измерить степень собственного расслабления. Если этот цвет вспоминается в совершенстве, то и че-ловек полностью расслаблен. Если чернота вспоминается почти идеально, то и расслабле-ние почти идеально. Если же цвет вообще не вспоминается, то и человек либо мало, либо вообще не расслаблен.

Эти факты легко подтвердить ретиноскопией. Абсолютно идеальное вспоминание встречается очень редко, столь редко, что его вряд ли нужно принимать во внимание. Поч-ти же идеальное вспоминание, которое можно назвать нормальным, может быть при опре-деленных условиях достигнуто практически любым человеком. При таком воспоминании черного ретиноскоп показывает, что все аномалии рефракции скорректировались. Обрат-ное наблюдается, если вспоминание хуже нормального. Если же оно колеблется, то в тень ретиноскопа также будет колебаться.

Показания ретиноскопа на практике более надежны, чем утверждения пациента. Па-циенты часто считают и утверждают, что они идеально (или нормально) вспоминают чер-ное, в то время как ретиноскоп показывает наличие аномалии рефракции. В таких случаях, подведя проверочную таблицу к точке, где черные буквы на ней видны лучше всего, легко показать, что вспомненное не равно увиденному. Читатель легко может убедиться в том, что этот цвет нельзя идеально вспомнить, если глаза и психика находятся в напряжении. Для этого достаточно попытаться вспомнить его во время сознательного усилия увидеть, например, пристально рассматривать, прищурив глаза, нахмурив брови и т. д., или стара-ясь увидеть все буквы строки одинаково хорошо одновременно. При этом обнаружится, что черный цвет при таких условиях либо вообще не вспоминается, либо вспоминается весьма плохо.

Когда оба глаза человека различаются по своему зрению, можно обнаружить, что это различие точно измеряется длительностью времени, в течение которого удается вспоми-нать черную точку, смотря на проверочную таблицу сначала обоими глазами, а потом за-крыв лучший глаз. Один пациент с нормальным зрением правого глаза и наполовину нор-мальным зрением левого глаза мог, смотря на проверочную таблицу обоими глазами, вспоминать точку в течение 20 секунд подряд. С закрытым же лучшим глазом точку удава-лось вспомнить лишь 10 секунд. Другой человек с наполовину нормальным зрением пра-вого глаза и с четвертью нормального зрения в левом глазу мог вспоминать точку в тече-ние 12 секунд с обоими открытыми глазами и лишь 6 секунд с закрытым лучшим глазом. Третий человек с нормальным зрением правого глаза и со зрением в 0,1 левого глаза мог вспоминать точку в течение 20 секунд с обоими открытыми глазами и лишь только 2 се-кунды, когда лучший глаз был закрыт. Другими словами, если зрение правого глаза лучше, чем левого, вспоминание, когда и правый глаз открыт, лучше, чем когда открыт только ле-вый глаз. Это различие в длительности воспоминания прямо пропорционально различию в зрении обоих глаз.

При лечении функциональных расстройств зрения эта связь между расслаблением и памятью имеет большое практическое значение. Ощущения глаза и психики дают нам очень мало информации о напряжении, которому оба они подвергаются. Нередко те, кто испытывают наибольшее напряжение, ощущают наименьший дискомфорт. Но, проверив свою способность вспомнить черное, человек всегда может определить, напрягается он или нет. Следовательно, таким образом, он получает возможность устранить условия, ве-дущие к напряжению. Какой бы метод улучшения зрения человек не применял, ему реко-мендуется постоянно при этом вспоминать какую-нибудь маленькую площадь черного цвета, например, точку, чтобы он мог опознать и устранить условия, создающие напряже-ние. В некоторых случаях люди за очень короткое время излечивались одним только этим методом. Одним из преимуществ этого метода является то, что он не требует проверочной таблицы. Человек в любое время дня и ночи, что бы он ни делал, всегда может найти ус-ловия, благоприятные для идеального воспоминания точки.

Состояние психики, способствующее вспоминанию черной точки, не может быть достигнуто никаким видом усилия. Не вспоминание является причиной расслабления, а наоборот, оно должно предшествовать ему. Вспоминание достигается только в момент расслабления и сохраняется столько времени, сколько устраняются причины напряжения. Однако объяснить исчерпывающим образом, как это происходит, трудно, так же трудно, как дать полное объяснение и многим другим психологическим явлениям. Мы знаем толь-ко, что при определенных условиях, которые можно назвать благоприятными, становится возможным достижение степени расслабления, достаточной для вспоминания черной точ-ки. При упорным поиске таких условий человек может увеличить степень этого расслаб-ления и его длительность, становясь, в конце концов, способным сохранять его и в небла-гоприятных условиях.

Для большинства людей пальминг обеспечивает наиболее благоприятные условия для вспоминания черного. Когда усилие увидеть снижается исключением света, человек обычно может вспомнить какой-нибудь черный объект на несколько секунд или дольше. Этот период расслабления можно увеличить одним из двух способов. Человек может от-крыть глаза и взглянуть на какой-нибудь черный объект методом центральной фиксации с расстояния, на котором он виден лучше всего и на котором, следовательно, глаза более всего расслаблены. Либо же он может мысленно перемещаться с одного черного объекта на другой или с одной части какого-либо черного объекта на другую. Благодаря таким ме-тодам, а может быть и под воздействием ряда других причин, трудных для понимания, большинство людей рано или поздно сможет с закрытыми глазами, которые прикрыты ла-донями, вспоминать черное в течение неопределенного периода времени.

Человек может вспомнить черную точку, открыв глаза и смотря на чистую (пустую) поверхность, не делая при этом сознательного усилия увидеть что-либо. При этом бессоз-нательное напряжение снижается, а все аномалии рефракции, как показывает ретиноскоп, исправляются. Такой результат, как было обнаружено, достигается неизменно, и пока по-верхность остается чистой (пустой), а человек не начинает вспоминать или мысленно представлять вещи, видимые нечетко, вспоминание и зрение сохраняются. Но если с улучшенным зрением на поверхности начнут выявляться различные детали или если че-ловек начнет думать о проверочной таблице, которую он видел нечетко, вновь вернется усилие увидеть, и точка потеряется.

При взгляде на поверхность, на которой нет ничего такого, что можно было бы уви-деть, расстояние перестает играть какую-либо роль для воспоминания, поскольку человек всегда может смотреть на такую поверхность, независимого от того, где она находится, без усилия увидеть ее. Однако, когда рассматриваются буквы или какие-нибудь другие детали, вспоминание осуществляется лучше всего в точке, на которой зрение человека тоже лучше всего, нежели с расстояния, где зрение не столь хорошее. Связано это с тем, что в первом случае глаза и психика человека более расслаблены, чем во втором. Следовательно, при-меняя центральную фиксацию на наиболее удобных дистанциях и используя любой дру-гой метод улучшения зрения, который будет найден эффективным, можно улучшить вспо-минание точки, причем в некоторых случаях весьма быстро.

Если расслабление, достигаемое при таких благоприятных условиях, идеально, то человек может сохранить его и когда психика подвергнется зрительным впечатлениям на неблагоприятных расстояниях. Такие случаи, однако, очень редки. Обычно достигаемая степень расслабления заметно низка и, таким образом, в большей или меньшей степени теряется, когда условия неблагоприятны, как, например, при рассматривании буквы или какого-нибудь объекта с неудобного расстояния. Такие зрительные впечатления в неблаго-приятных обстоятельствах носят настолько возмущающий характер, что прежде чем нач-нут выявляться детали на расстояниях, с которых они раньше не были видны, пациент обычно теряет свое расслабление, а вместе с ним и вспоминание точки. На практике уси-лие увидеть может вернуться даже раньше, чем человек успеет осознать изображение на сетчатке. Следующий случай прекрасно иллюстрирует сказанное.

У женщины 55 лет была миопия в 15 диоптрий, осложненная другими нарушениями зрения, что делало невозможным для нее видение большой буквы «С» с расстояния более чем 1 фут, или прогулки возле дома и по улице без сопровождающего. Она научилась, смотря на зеленую стену без усилия увидеть ее, четко вспоминать черную точку и видеть маленький кусочек обоев издали так же хорошо, как и вблизи. Когда она подошла ближе к стене, ее попросили взяться за ручку двери, что она сделала вполне уверенно. «Однако, я не вижу ручки», – поспешила она заметить. Дело в том, что она видела ручку достаточно долго, чтобы взяться за нее, но как только ею овладела мысль о том, что она видит ее, она утеряла вспоминание точки, а с ним и улучшенное зрение. Когда же она вновь попыталась найти ручку, она уже не смогла этого сделать.

Когда во время рассматривания какой-нибудь буквы на проверочной таблице удается идеально вспоминать точку, видение этой буквы улучшается с осознанием или без осозна-ния этого. Невозможно одновременно и напрягаться и расслабляться. Поэтому, если чело-век расслаблен в достаточной мере, чтобы вспомнить точку, то он должен быть достаточно расслаблен, чтобы сознательно или бессознательно увидеть букву. Видение букв по обе стороны от рассматриваемой буквы или же на строках выше и ниже ее также улучшается. Когда человек осознает, что он видит буквы, то это сильно отвлекает его и обычно на пер-вых порах заставляет его забывать точку. К некоторым людям, как уже отмечалось, усилие увидеть может вернуться даже раньше, чем удается осознанно опознать букву.

Таким образом, люди стоят перед дилеммой. Расслабление, о чем свидетельствует вспоминание точки, улучшает их зрение, а то, что они видят с этим улучшенным зрением, заставляет их терять это расслабление и вспоминание. Меня всегда удивляло, как ухитря-ются люди преодолевать это затруднение. Тем не менее, были люди, которые смогли это сделать через 5-30 минут. Для других же этот процесс долог и утомителен.

Существуют различные пути выхода из этой ситуации. Один путь заключается во вспоминании точки, смотря немного в сторону от проверочной таблицы, скажем, на фут или больше. Затем надо посмотреть немного ближе к ней и, наконец, посмотреть на про-странство между строк. Таким путем человек, возможно, сможет увидеть буквы в перифе-рическом поле зрения без потери точки. Когда он научится это делать, он, возможно, смо-жет сделать и следующий шаг – смотреть прямо на букву без потери контроля над своим вспоминанием. Если же он не сможет этого сделать, он может смотреть только на одну часть буквы (обычно это низ), или видеть, или представлять точку как часть буквы, в то же время отмечая, что остаток буквы менее черен и менее отчетлив, чем рассматриваемая прямо часть. Научившись это делать, он сможет вспомнить точку лучше, чем когда эта бу-ква была видна вся одинаково хорошо. Если буква видится вся одинаковой, то совершен-ное вспоминание точки всегда теряется.

Следующий шаг – это заметить, прям, изогнут или открыт низ буквы без потери точ-ки на этой нижней части. Когда пациент научится этому, он может попробовать сделать то же самое с верхней и боковыми частями буквы, по-прежнему удерживая точку в нижней части. Обычно, когда удается таким методом увидеть каждую из частей буквы по отдель-ности, удается увидеть и всю букву целиком без потери воспоминания точки. Но иногда бывает и так, что этого не удается сделать. Тогда надо еще потренироваться, прежде чем удастся осознавать все стороны буквы одновременно без потери точки. На это могут уйти минуты, часы, дни и месяцы. В одном случае цели удалось добиться следующим методом.

Одного пациента с 15 диоптриями миопии то, что он видел, когда его зрение улуч-шалось вспоминанием точки, приводило в такое сильное волнение, что пришлось посове-товать ему отводить свой взгляд в сторону от проверочной таблицы или любого другого рассматриваемого объекта. Он обнаружил, что при этом начинают выявляться буквы или другие детали рассматриваемого объекта. Около недели он ходил, повсюду упорно избегая своего улучшавшегося зрения. По мере улучшения воспоминания точки делать это стано-вилось все труднее и труднее и к концу недели стало совершенно невозможным. Когда он смотрел на нижнюю строку таблицы с расстояния в 20 футов, он прекрасно вспоминал точку, а когда его спрашивали, удалось ли ему увидеть буквы, он отвечал: «Помочь чем-либо их видению я не могу».

Некоторые люди сдерживали свое выздоровление, «украшая» окружающую обста-новку в ходе дня точками, вместо того, чтобы просто вспоминать точку в уме. Ни к чему хорошему это не приводит, а наоборот, служит причиной напряжения. Точку можно пред-ставить идеально и с пользой для себя как составную часть какой-нибудь черной буквы на проверочной таблице, поскольку это означает лишь мысленное представление того, что одна часть этой черной буквы видна лучше всего. Но точку нельзя идеально представить на поверхности, которая не черна. Всякая попытка сделать это кладет конец видению.

Чем меньшую площадь черного способен вспомнить человек, тем выше степень рас-слабления. Некоторые люди, однако, более легким на первых порах находят вспоминание более крупной площади типа одной из букв проверочной таблицы, представляя при этом одну часть буквы чернее, чем все остальные части. Они могут начать с большой буквы «С», затем перейти к более мелким буквам и, наконец, добраться и до точки. Часто тогда обнаруживается, что маленькую площадь вспоминать легче, чем большую, и что ее черно-та более интенсивна. Вместо точки некоторым людям легче вспоминать двоеточие с одной точкой чернее, чем другая, множество точек с одной точкой чернее остальных или точку над строчными буквами «i» или «j». Другие точке предпочитают запятую.

На первых порах большинству людей помогает сознательное перемещение от одной из черных зон к другой или от одной части такой зоны к другой и представление себе рас-качивания или пульсации, производимой таким перемещением (см. главу 12). Но когда вспоминание станет идеальным, станет возможным непрерывно удерживать один объект без сознательного перемещения, в то время как раскачивание осуществляется только то-гда, когда на него направлено внимание.

Хотя черный цвет обычно самый лучший цвет для воспоминания, некоторым людям он приедается или он начинает их угнетать. Такие люди предпочитают вспоминать белый или какой-нибудь другой цвет. Часто более легким оказывается вспоминание какого-либо знакомого объекта или одной из приятных ассоциаций, нежели вспоминание того, что не представляет собой никакого особого интереса. Зрение одной женщины корректировалось вспоминанием желтого лютика. Другая, не сумев вспомнить точку, смогла вспомнить опал в своем кольце. Все, что люди находят самым легким для воспоминания, представляет со-бой наилучший объект для этого, поскольку вспоминание никогда не будет идеальным, если оно дается с трудом.

Когда вспоминание точки станет привычным, оно не только не будет обременитель-ным, но принесет большую пользу и другим психическим процессам. Когда одна вещь вспоминается лучше, чем все остальные, психика овладевает центральной фиксацией. Ее эффективность посредством этого увеличивается так же, как центральная фиксация спо-собствует росту эффективности глаза. Другими словами, работа мозга наиболее эффек-тивна, когда психика находится в состоянии покоя. В свою очередь, психика никогда не находится в покое, если одна вещь не вспоминается лучше, чем все остальное. Когда пси-хика находится в таком состоянии, в котором точка вспоминается идеально, вспоминание других вещей также улучшается.

Одна студентка рассказывала, что когда она не могла вспомнить ответа на экзамена-ционный вопрос, она вспоминала точку. И тогда ответ всплывал в ее памяти. Когда я забы-ваю имя пациента, я вспоминаю точку – и вот имя у меня в руках! У музыканта, имевшего прекрасное зрение и обладавшего способностью идеально вспоминать точку, была велико-лепная память на музыку. Другой же музыкант с плохим зрением, который не мог вспом-нить точку, не мог и ничего играть без своих нот. Добиться этого удалось лишь тогда, когда его зрение и зрительная память стали нормальными. В ряде исключительных случаев уси-лие увидеть буквы на проверочной таблице бывает столь велико, что люди рассказывали, что когда смотрели на них, они не могли вспомнить ни точки, ни собственных имен.

Точность воспоминания точки можно проверить не только путем сравнения вспом-ненного с увиденным, но и следующими тестами:

Вспоминание точки является признаком расслабления, свидетельством, посредством которого человек узнает, что его глаза и психика находятся в состоянии покоя. Его можно сравнить с манометром паровоза, который никоим образом не воздействует на машину, но имеет большое значение в получении информации о готовности машины к работе. По то-му, что точка черна, человек узнает, что механизм глаза находится в рабочем состоянии. Когда же точка блекнет или теряется, человек понимает, что этот механизм не в порядке и будет находиться в таком состоянии до тех пор, пока не будет проведено лечение. После окончания лечения человек не будет более нуждаться в точке или в какой-либо другой по-мощи зрению, также как машинисту не нужен манометр, когда машина работает исправно.

Один человек, достигший телескопического и микроскопического уровней зрения посредством методов, описанных в этой книге, сказал в ответ на вопрос одного из лиц, за-интересовавшихся исследованием методов лечения аномалий рефракции без очков, что он не только ничего не делает для предотвращения рецидива, но даже и забыл, как его лечи-ли. Ответ не удовлетворил спрашивавшего, но он приведен здесь лишь затем, чтобы про-иллюстрировать тот факт, что когда зрение человека исправлено, ему нет необходимости сознательно делать что-либо, чтобы сохранить его таким, хотя лечение всегда можно с ус-пехом продолжить, поскольку даже супернормальное зрение можно улучшить.