Письмо 9 ЭХИНОКОККОЗ

Письмо 9

ЭХИНОКОККОЗ

Здравствуйте, уважаемая Ольга Ивановна.

Сразу же хочу выразить Вам огромную благодарность за то, что Вы так основательно занимаетесь проблемами паразитологии и знакомите со своими работами и методами лечения население.

У меня есть приусадебный участок, ежегодно я выращиваю свиней, также дома есть собака и кошка.

В прошлом году в связи с обострением язвы 12-перстной кишки я находился на больничном. Анализы в связи с праздниками затерялись, и лишь через 25 дней был найден ОАК (общий анализ крови), в котором было: ?-14; С-18; Э-45; Л-32; СОЭ-7.

12.01.2005 при повторном анализе: ?-11,6; С-60; Э-21; Л-15; СОЭ-27, в связи с чем терапевт направил меня к инфекционисту, которая повторно направила на ОАК и на кровь к антителам.

ОАК от 18.01.2005: ?-15; С-28; Э-50; Л-19; СОЭ 6.

В крови обнаружены антитела к эхинококку в титрах 1: 200.

Инфекционист сказала, что методики лечения нет. С этой болезнью за 20 лет она столкнулась впервые, велела зайти через 3 дня за таблетками, которые «попробуем, может, поможет». Я вновь зашел к терапевту, который, увидев результаты анализов, провел УЗИ органов и сказал, что, к счастью, пока ничего нет.

Беспокоили же меня тяжесть в правом подреберье и слабое подташнивание, что я относил к язве.

Поняв, что у меня серьезное заболевание, в киоске ЦРБ я купил Вашу книгу «Черви-паразиты» и ужаснулся, осознав, насколько все серьезно. Попросил терапевта направить на анализы жену и ребенка. В этот же день позвонил по указанному Вами номеру в Центр, ответила на звонок регистратор (огромное ей спасибо), которая объяснила, что эхинококкоз излечим и необходимо пройти у Вас обследование.

Все же я обратился за консультацией к бывшему главному врачу ЦРБ – онкологу, который направил меня на вегетативно-резонансное тестирование (ВРТ). У меня были обнаружены: хеликобактерии, эхинококкоз, тениоз, цитомегаловирус, стафилококк. У жены – эхинококкоз, у сына – только острицы. Онколог сказал, что созвонился с ГИБ, и послал к инфекционисту за направлением, которая с огромной неохотой выдала направление и высказала: «Ходите, ищите себе болезни. Это не лечится. Возможно, у тебя давно уже опухоль в мозге. Тут одна два месяца ходила ко мне со своими эозинофилами, я ее вчера к онкологу отправила». Спорить я с ней не стал. На следующий день был госпитализирован в КГИБ, где встретил чуткое отношение со стороны доктора, который сразу предупредил, что за 22 года с эхинококкозом сталкивался два раза. Однажды у больного была опухоль, он был направлен на операцию, но у него выявили эхинококковую кисту в головном мозге. За 10 дней нахождения в стационаре мне было проведено обследование: УЗИ, рентгенография грудной клетки, дуоденальное зондирование, ОАК (?-9,2; С-25; Э-45; Л-20; СОЭ 6), антитела к эхинококку. В моче были обнаружены ? 4–5; Э-2,5. Был поставлен диагноз: эхинококкоз неустановленной локализации. Доктору удалось за это время изучить новый учебник паразитологии, также он изучил Вашу книгу, и мне было назначено лечение немозолом (по инструкции, которую прилагаю). Немозола не было даже на базе «ИПКА» в Москве. Пришлось снова связаться с Вашим регистратором.

У жены также были обнаружены антитела к эхинококку в титрах 1: 200, однако ОАК был в норме, Э-2. У сына анализы были нормальные. Несмотря на это, я потребовал у инфекциониста провести им УЗИ и рентгенографию, после чего жене так же был поставлен диагноз: эхинококкоз неустановленной локализации.

С 16.02.2005 мы с женой начали лечение немозолом по инструкции при постоянном контроле ОАК (у жены он всегда был в норме). Мой ОАК от 16.02.2005: ?-14,6; n-11; С-44; Э-20; Л-15; СОЭ-12; ОАМ (общий анализ мочи): ?-0—1; билирубин – 12,5; АЛТ – 0,45.

Кроме того, вновь сделали диагностику ВРТ в своем городе. У жены была обнаружена локализация в легких, у меня – в мочевом пузыре и прямой кишке.

Через две недели у жены эхинококкоз не тестировался, в ОАК изменение ? с 8,0 до 5,2. У меня ОАК: ?-6,0; n-2; С-69; Э-2; Л-25; СОЭ-7; билирубин – 11,3; АЛТ – 0,32. Эхинококкоз тестировался.

Повторный анализ крови (мой) на антитела к эхинококку в титрах 1: 200. В лаборатории объяснили, что антитела начнут снижаться не ранее чем через 8 месяцев.

Новый цикл немозола.

ОАК от 07.04.2005: ?-5,2; n-1; С-62; Э-2; Л-32; М 3; СОЭ-6. Эхинококкоз не тестируется.

ОАК от 25.04.2005: ?-5,4; СОЭ-4; билирубин – 13,6. АЛТ – 0,72.

Кроме того, во время второго цикла лечения мы с женой провели 3 курса очищения кишечника минеральной водой в профилактории.

Ольга Ивановна, Вы меня извините за такое пространное письмо. Вся проблема в том, что мы с женой лечимся по Вашей методике, по Вашим книгам. Спасибо инфекционисту хотя бы за то, что пока не отказывает в выписке направлений на анализы крови, но скептически относится к ВРТ.

Причину возникновения у нас заболевания никто устранять не собирается, а их может быть только две.

1. Поросят я покупаю в одном хозяйстве. Полтора года назад при забое обнаружили в печени и легких одной из забитых свиней водянистые пузырьки. Внутренности мы скормили собаке, мясо съели сами, многократно готовили шашлыки.

В течение последних трех лет в этом колхозе наблюдается падеж молодняка свиней весом 40–50 кг, как говорит завфермой, из легких выделяется гной. Неоднократно проведенные исследования результатов не дают. Со слов работников ветстанции, в частных хозяйствах частенько забиваются эхинококкозные свиньи.

2. В 200 м вверх по речке, шириной 3 м и глубиной до 1 м, коммерсант занимается забоем скота, внутренности которого сбрасывает в реку и их растаскивают собаки, в том числе и моя. Тут же купаются дети, не старше 10 лет. Несмотря на неоднократные жалобы жителей, СЭС никаких мер не принимает.

Ольга Ивановна, у нас остался последний цикл лечения немозолом, если Вас не затруднит, ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов:

1. Как нам наблюдаться далее и нужно ли проводить какое-либо профилактическое лечение?

2. Как долго организм будет вырабатывать антитела?

3. Сколько времени сколексы могут находиться в почве, какова вероятность повторного заражения?

ОТВЕТ

1. Индивидуальное наблюдение и лечение Вашим лечащим врачом.

2. Выработка антител в организме – это индивидуальный процесс, поэтому сроки у всех будут разные, у многих антитела могут сохраняться всю жизнь.

3. Вы выбрали правильный путь лечения и грамотно разобрались в вопросах санитарной гигиены.

Дополнительно рекомендую постоянно принимать травяные адаптанты (см. «Новые тайны нераспознанных диагнозов. Книга 1», Письмо № 12).

Так как первично эхинококк проходит через печень, там обязательно задерживаются сколексы. Необходимо проводить защиту печени: принимать расторопшу. Одну чайную ложку травы заваривают 200 мл кипятка, настаивают 15–20 минут. Принимать 2 раза в день до еды по 100 мл настоя. Можно принимать по 1/2 ч. ложки измельченной травы до еды 2 раза в день. Пить в течение 1 месяца, затем перерыв 15 дней, и так постоянно. Если на расторопшу есть аллергия, принимать ее не нужно.

КОРОТКО ОБ ЭХИНОКОККОЗЕ

Преподавателями медицинских институтов эхинококкоз представляется как экзотическое заболевание, характерное для стран Южной Америки, Австралии, Азии, Африки. Возможно, поэтому у наших практикующих врачей эти знания не фиксируются в памяти или со временем стираются за ненадобностью.

В настоящее время учеными установлено, что в результате смещения положения земной оси изменяются электромагнитные частотные характеристики всех участков территории планеты. Это способствует появлению новых видов-мутантов среди микроорганизмов и перемещению уже известных видов в новые районы земного шара. И если раньше в европейских странах эхинококкоз был редким эпизодическим заболеванием, то в настоящее время он стал уже достаточно распространенным. Но стереотип врачебного мышления типа «у нас этого не бывает» и отсутствие научных разработок по проблеме паразитарных заболеваний мешают своевременной диагностике этого грозного заболевания.

Сразу хочу пояснить, что заболевание вызывают не взрослые черви, а пузыри с их личинками. Термины «однокамерный» и «многокамерный» обозначают различные формы развития именно деток паразита.

В лице эхинококка мы имеем дело с высокоорганизованными существами, имеющими своеобразную иерархию и обладающими исключительной приспособляемостью к любым условиям. Напрашивается параллель: как человек – самое высокоорганизованное существо среди животного мира Земли, так и эхинококк – самый развитый и совершенный вид среди микромира.

Этот паразит фактически имеет два варианта «общественного устройства» – племена оседлые и кочующие. Оседлое племя – это взрослые половозрелые ленточные черви. Они обосновываются в тонком кишечнике организма-хозяина, попадая в него в виде сколексов – головок паразита. Сколексы, в свою очередь, встречаются в органах животных. Следовательно, основными хозяевами должны быть хищники – плотоядные животные, поедающие зараженное сколексами мясо. Хищники, как правило, охотятся на травоядных и на более мелких хищников. Значит, постоянные (основные) хозяева – волки, шакалы, лисицы, песцы, собаки, кошки и всеядные – свиньи.

Собаки и кошки в этой цепи играют двойную роль: они могут быть больными, то есть носителями паразитов (основными хозяевами). И в этом случае человек заражается, играя с собакой или кошкой, ухаживая за ними; в случаях когда люди и животные едят из общей посуды, когда животные лижут лицо и руки и т. д. Но заражение может произойти и от здоровой собаки, у которой шерсть оказалась загрязненной экскрементами других собак. А вы знаете, как животные любят нюхать каждую кучку, а иногда даже и вываляться в ней. А мы их отмываем, порой без резиновых перчаток, забивая себе под ногти яйца эхинококка. Поэтому риск заражения эхинококком примерно раз в 20 выше у владельцев собак и кошек, чем у лиц, их не имеющих.[3]

Чаще заражаются животноводы и люди, связанные с хранением и обработкой сырья животного происхождения. Однако «подхватить заразу» можно во время купания в водоемах или при употреблении в пищу немытых лесных ягод.

Так или иначе, съев зараженное мясо (особенно печень и легкие – основные места поселений сколексов), плотоядное животное становится носителем – основным хозяином и «занимается» выращиванием зрелого, «оседлого» паразита в своем кишечнике. (Человек может быть как основным, так и промежуточным хозяином.)

Что же представляет собой сколекс? Это головка будущего взрослого ленточного червя. При его рассмотрении вы можете увидеть, что «головкой» его можно назвать с большой натяжкой – на деле это настоящий монстр с четырьмя присосками, которые присасываются посильнее самого мощного созданного человеком пылесоса. Но монстру и этого мало. У него еще имеются два ряда зубьев-крючьев, которыми он вгрызается в ткани своего промежуточного хозяина.

В научной литературе я так и не нашла информацию о том, к какому виду питания склонен эхинококк. По-видимому, как и человек, в процессе эволюции паразит стал всеядным. Благодаря присоскам он всасывает питательные вещества, а с помощью зубьев-крючьев разрушает кровеносные сосуды и «пьет» кровь хозяина.

Сколекс, попав в кишечник основного хозяина, вгрызается в слизистую оболочку, питается и вырастает во взрослого червя: появляется шейка с 3–4 члениками (рис. 1а) и достигает длины от 3 до 5 мм. Последний членик по мере созревания набивается яйцами размером 0,036 * 0,032 мм. Этот членик (его еще называют маткой) в длину составляет примерно половину взрослой особи (около 2,5 * 1,5 мм). В общем, яиц достаточно много – около 800. Причем созревают эти членики-матки не сразу, а постепенно – один за другим.

После созревания членики отрываются от материнских паразитов, и что вы думаете, – это просто сумки с яйцами? Ничего подобного! Это живые передвигающиеся танки! На всем своем пути они выстреливают и разбрасывают болезнетворные яйца. И заметьте, какую тактику выбирают членики-«танки»: одни самостоятельно выползают из анального отверстия и расходятся по телу хозяина, другие же – «спецотряды» – вместе с калом «забрасываются» на почву, траву, в водоемы и только там «отстреливают» свои яйца – «мины замедленного действия». Да, поистине война со своей стратегией и тактикой!

Итак, племя осело, питается, пьет нашу кровь (тыл армии) да еще засылает танки-минеры с далеко идущими планами – готовит уже следующее кочующее свое племя для освоения не только новых территорий для поселения, но и новых хозяев – животных другого вида. Это травоядные: козы, бараны, коровы, верблюды, лошади, олени, ну и как всегда, человек. Они проглатывают зрелые членики или отдельные яйца (онкосферы). Начинается кочующая стадия развития эхинококка в промежуточном хозяине (травоядные и человек).

Человек заражается, заглатывая онкосферы с немытыми овощами, фруктами, ягодами. Собирая в лесу грибы или погладив зараженных животных, мы также можем «подхватить» яйца.

Попав в желудок промежуточного хозяина, оболочки яйца (онкосферы) под действием пищеварительных ферментов растворяются, и юные сколексы освобождаются. При помощи своих крючьев они проникают в слизистую оболочку желудочно-кишечного тракта и далее, с током крови и лимфы, разносятся по органам.

Эхинококк может поражать все без исключения органы и системы: от головного мозга, глазных орбит, спинного мозга, щитовидной железы до легких, печени, селезенки, почек, матки и т. д.

В зависимости от вида животных, от которых пришли эхинококки-кочевники, будут формироваться и различные типы их поселений, среди которых можно выделить три главные разновидности. Первая – это образование огромного дома-кисты (однокамерная форма). Следуя сравнению с человеческими этническими формами жизни, условно назовем этот вариант южным. Вторая форма (условно – северная) – это скопление отдельных мелких кист (юрточек). Это многокамерная форма, более агрессивная. И наконец, промежуточная форма – это мелкие, разбросанные отдельно кисточки, возникающие в результате обсеменения разных органов. Это, так сказать, западный образ жизни – отдаленные друг от друга фермы. Образуются эти поселения в результате травмы, операции или самопроизвольно.

При поедании плотоядными животными органов других животных, содержащих личиночные формы эхинококка, из каждого сколекса в кишечнике образуется ленточная форма паразита, которая через 2–3 месяца становится половозрелой. Продолжительность жизни половозрелых паразитов в кишечнике человека или животного составляет, как правило, менее года. В то время как личиночная стадия эхинококка в виде пузырей может длиться всю жизнь организма-хозяина.

Особенности заболевания

Тяжесть клинических проявлений зависит от локализации, вида распространения, величины эхинококкового пузыря и продолжительности течения болезни.

При любой локализации в эхинококкозе можно выделить четыре стадии развития. Первая – латентная (скрытая), начинается с момента инвазии онкосфер и продолжается до проявления субъективных расстройств. Симптомов не дает. Вторая – слабовыраженная, проявляется в виде слабости, тошноты, головокружения, тяжести в правом подреберье, аллергии. Третья выражается уже отчетливо: имеет место объективная симптоматика заболеваний конкретных органов. При этом третья стадия часто определяется уже как опухолевое, раковое заболевание. Четвертая стадия обычно трактуется как уже неоперабельный рак с метастазами.

При эхинококкозе печени первая стадия может быть длительной, неясной, с осенне-весенними обострениями. При эхинококкозе спинного мозга первая стадия бывает непродолжительной, поскольку киста, достигнув даже незначительных размеров, оказывает давление на спинной мозг. При этом могут развиваться параличи, тазовые расстройства и другие тяжелые осложнения.

При других локализациях осложнения наступают позднее и отличаются разнообразием. Например: пневмоторакс, асцит, желтуха при поражении печени, смещение органов, средостения при эхинококкозе легкого, патологические переломы при эхинококкозе кости, перитонит при поражении брюшины.

Первично эхинококк чаще всего поражает печень, несколько реже – легкие или брюшную полость, но не исключено появление первого очага эхинококкоза в любом органе человека.

Эхинококк более редкой локализации встречается в мышцах, костях, селезенке, почках, щитовидной железе, сердце, мозге, глазницах, глазах, половых органах, мочевом пузыре, желудке и других органах. Причиной множественного поражения эхинококком является обсеменение организма в результате механического повреждения первичного эхинококкового пузыря, например во время пункции или операции, в результате прорыва кисты, травмы, ушиба, либо занесения через кровь. При ослабленном иммунитете первичное поражение может появиться одновременно сразу в нескольких органах.

Для эхинококкоза характерна способность паразита к инфильтрации (прорастанию в окружающие ткани и органы), особенно при многокамерной форме,[4] при которой он не ограничивается образованием плотной округлой опухоли, а прорастает в орган мелкими пузырьками и далее из этого органа растет в другие. Например, из печени возможно прорастание в диафрагму, легкие, почки. Одновременно могут появляться и отдаленные метастазы, например, в мозг, мышцы, кости, а также отпочковываться дочерние пузыри, распространяющиеся по всему организму с током крови.

Из осложнений при эхинококккозе наибольшую опасность имеет разрыв пузыря, который может проявиться как тяжелый аллергический шок. Далее эхинококк быстро распространяется в другие органы (генерализация процесса), и область разрыва нагнаивается. В последнем случае наблюдаются симптомы абсцесса (высокая температура, тяжелое состояние, сильные локальные боли, изменения в крови и другие тяжелые симптомы). Эти внезапные, острые течения заболеваний приводят к таким серьезным последствиям, как абсцесс печени, накопление жидкости, крови, гноя в плевральной полости с резким смещением легкого, быстрое воспаление брюшины (перитонит).

Все эти осложнения характерны также и для других кистозно-воспалительных заболеваний, таких как аппендицит, разрыв кисты, внематочная беременность, прободная язва, микробный абсцесс печени, грибковое поражение легких с разрывом ткани, брюшной тиф, заворот кишечника, травмы с разрывом органов и т. п. Поэтому при отсутствии этих заболеваний вышеперечисленные осложнения диагностируют не как эхинококкоз, а сразу как раковый процесс IV степени. И вместо принципиально иного метода лечения, основанного на подавлении возбудителя – эхинококка, могут ошибочно назначить «традиционные» методы – химиотерапию, облучение, иногда операцию. В этом случае обычные онкологические мероприятия не приводят к улучшению, а, наоборот, снижают иммунитет и ускоряют метастазирование эхинококка в другие органы.

Иногда в результате развития соединительной ткани эхинококковые кисты приобретают плотную консистенцию и обнаруживаются рентгенологическими методами. Поэтому-то обычно рентгенологи для доказательства наличия эхинококкового поражения ищут именно такой плотный очаг. Но пузырь большой плотности встречается редко. В результате и происходят расхождения между вегетативно-резонансной (ВРД) и рентгенологической диагностикой.

При ультразвуковом исследовании также бывают расхождения, так как эхинококковый пузырь, содержащий скопление зародышей-сколексов, в плотном органе (печени, поджелудочной железе, почках) не выглядит как киста и становится неопределяемым для УЗИ. В таких случаях в заключении пишется «неоднородная структура». Одиночные же личинки, мигрирующие в печени и легких, оказываются вообще невидимы для таких исследований.

В запущенных стадиях клиника течения заболевания эхинококкозом всегда яркая, но при этом выставить онкологический или просто хирургический диагноз и идти по проторенной дорожке легче, чем искать новые пути в диагностике и лечении.

Следующий клинический пример – доказательство последовательного, длительного течения эхинококкоза.

Клинический пример

Пациентке 46 лет. В 16 лет у нее неожиданно появились выраженные боли в животе, высокая температура. Оперировали по подозрению на аппендицит. Аппендикс оказался в норме, констатировали гнойный перитонит, причину не выясняли.

По течению заболевания, его внезапности, гнойный перитонит можно объяснить только вскрывшимся эхинококковым пузырем. Пациентка выжила. Через 10 лет у нее обнаруживают кисту правой почки, но, разумеется, не констатируют как эхинококк и удаляют почку вместе с кистой. Еще через 10 лет выявляют кисту в полости матки, опять эхинококковое поражение «не замечают» – матку удаляют вместе с придатками. Спустя еще 10 лет при гастроскопическом исследовании выявляют кисту – опухоль желудка и предлагают операцию. Вот тогда пациентка и пришла к нам на диагностику. На ВРД у нее выявлен многокамерный эхинококк в желудке и в левой доле печени.

На следующий день по «закону парных случаев» обращается молодая женщина 36 лет почти с таким же анамнезом, но еще не на том этапе, что в предыдущем примере (эта женщина моложе). Также в юном возрасте – перитонит, затем – удаление кисты почки, сейчас – с направлением на удаление матки. Врачи на УЗИ обнаружили в матке большую кисту и, как рассказала сама пациентка, были в недоумении от ее необычности. Но обстоятельство «необычности» не вызвало у врачей подозрений, желания проанализировать анамнез пациентки и изучить причины уже перенесенных операций, чтобы увязать их в один процесс. Видимо, поэтому эхинококкоз и не заподозрили.

На вегетативно-резонансной диагностике у пациентки выявляется многокамерный эхинококк в матке и однокамерный в желудке и левой доле печени. Следовательно, можно сделать вывод, что следующие «кандидаты на операцию» – желудок и печень.

А теперь предлагаю вам рассмотреть еще один пример из практики с учетом полученных первоначальных знаний об эхинококкозе.

Женщина, 48 лет. В 1978 году проведена операция – резекция опухоли ребра (удаление опухоли вместе с ребром). Гистологическое заключение – доброкачественная опухоль. Естественное желание пациента узнать – что же это за опухоль? Из чего она состоит? Но гистологи не дали ответа на этот вопрос.

Но мы с вами, вооруженные новыми знаниями о паразитарном возбудителе – эхинококке, вспоминаем, что эхинококк может поражать любые органы, в том числе и кости, и при соответствующих условиях распространяться по всему организму. Тогда дальнейшее развитие заболевания у этой пациентки станет для нас вполне объяснимым.

В октябре 1998 года при флюорографии у нее случайно была обнаружена большая опухоль правого легкого. Проведена бронхоскопия, после чего появился сильный кашель и увеличился подключичный лимфоузел. Проведено удаление одного из лимфоузлов. Гистологическое заключение – рак. Проводят облучение остальных подключичных лимфоузлов и части правого легкого, а также пять курсов химиотерапии. Через полгода в левом легком на рентгенограмме выявляются множественные уплотнения. Предлагают облучение левого легкого и химиотерапию. Тогда пациентка обращается к нам на диагностику.

На ВРД выявляем: нарушение индекса ДНК третьей степени; истощение иммунной системы; фиброз правого легкого (после облучения); эхинококк однокамерный (гранулозис) в обоих легких, брюшине и головном мозге.

Проанализируем, что же произошло. После операции (резекции опухоли ребра) эхинококк в течение последующих лет перемещался по организму и скапливался в правом легком, а затем при бронхоскопии (в результате механического воздействия бронхоскопа) произошел разрыв капсулы эхинококкового пузыря и диссеминация (распространение) его в лимфоузлы. После удаления лимфоузла распространение эхинококка пошло в левое легкое, головной мозг и брюшину. В соответствии с установленным диагнозом назначено лечение, основанное на подавлении жизнедеятельности обнаруженного возбудителя – эхинококка.

Как я уже отмечала, согласно статистическим и медицинским данным,[5] в 90 % случаев при поражении человека эхинококком ставится страшный диагноз-приговор – онкологический раковый процесс. И таких примеров очень много.

Ошибочным диагнозом может быть и локализация эхиноккока в глазнице. Эхинококк может осесть в глазнице (глазной орбите), реже – в глазу под сетчаткой. Здесь сколекс эхинококка растет, образует пузырь, приводящий к увеличению объема клетчатки глазницы, в результате чего глаз начинает выталкиваться наружу. Процесс может быть как двусторонним (оба глаза), так и односторонним. В последнем случае, как правило, ставят диагноз «рак глазницы» и оперируют часто вместе с видящим глазом.

Помню, у нас в годы учебы в Самаркандском медицинском институте был доцент одной из кафедр, с большим односторонним экзофтальмом, и ему часто предлагали операцию, правда, не подозревая, что это может быть эхинококк. Но он интуитивно отказывался, внешний вид его не особенно волновал, а эхинококковый пузырь, по-видимому, осумковался плотной оболочкой и более ужe не увеличивался, стабилизировав процесс.

При проникновении эхинококка в глаз под сетчатку вначале образуется небольшой пузырек, и если человек обратится к врачу на этой стадии, то эхинококка можно рассмотреть в микроскоп (так называемую щелевую лампу окулиста). Зрелище это незабываемое! В пузырьке живет себе, движется и копошится «зверек» (рис. 2.).

В этом случае еще можно отбаррикадировать, создать вокруг эхинококка рубцовую ткань и предотвратить его рост, а следовательно, распространение отслоения сетчатки. Таким образом удастся сохранить глаз и оставшееся зрение. Но часто пациент приходит на запущенной стадии – с отслоением сетчатки, помутнением стекловидного тела. Эти осложнения происходят оттого, что к гельминтам присоединяется еще и воспалительный компонент. В таких случаях увидеть паразита на глазном дне при офтальмоскопии невозможно. При УЗИ глазного дна эхинококковый пузырь будет выявляться как раковая опухоль (или, как выражаются офтальмологи, «плюс-ткань»), а не как просто отслоение сетчатки. Это объясняется неоднородностью состава эхинококкового пузыря, заполненного соединительно-тканными перегородками, сколексами эхинококка и колониями других микроорганизмов. Офтальмологи не делают пункцию глазного дна, а, диагностируя процесс как раковый, спасают жизнь пациента от возможных метастазов злокачественной опухоли в головной мозг – удаляют глаз вместе с опухолью неизвестной этиологии.

Удаляется глаз, подчас еще зрячий. Хирург старается перерезать зрительный нерв подальше от глаза, считая, что по нерву рак может распространиться дальше в глазницу, в мозг, перейти на другой глаз. Что часто и случается, так как остановить распространение паразитарного поражения при сниженном иммунитете и при возможности его распространения по кровеносным сосудам из других органов очень сложно. В случае разрыва нагноившегося эхинококкового пузыря в глазу развивается тяжелое заболевание – воспаление оболочек и стекловидного тела (эндофтальмит, панофтальмит).

В зависимости от того, какой диагноз поставят на УЗИ – рак или банальный воспалительный процесс, – и будет предпринято соответствующее лечение. В первом случае операция – удаление глаза, при воспалении же – лечение антибиотиками. Но эхинококковый процесс на антибиотики не реагирует и заканчивается полным отслоением сетчатки с развитием вторичной, осложненной глаукомы.

Диагностика

Основные ошибки диагностики связаны с трудностью выявления эхинококкоза и острой клиникой протекания болезни, проявляющейся, как правило, в осложненной форме, которая требует немедленного хирургического вмешательства. А в запущенном состоянии – особенно. Обычно диагностика включает обследование рентгенологическими и лабораторными методами.[6] Наиболее достоверным является компьютерное обследование на ЯМР-томографе (ядерно-магнитно-резонансное исследование). Но и при выявлении «кисты» в диагностике все равно остаются трудноразрешимые вопросы, потому что пункция при эхинококкозе противопоказана.

В связи со снижением общего иммунитета людей, а тем более зараженных паразитами, лабораторные исследования далеко не всегда оказываются достоверными, так как основаны на выявлении антител. При диссеминации (распространении) эхинококка в виде мелких кист по различным органам прижизненная диагностика значительно затруднена и делается, как правило, по клиническому течению заболевания и результатам ВРД.

Большие надежды на лечение эхинококкоза возлагаются на резонансно-частотную аппаратуру. Принцип работы этих приборов таков: в установленную область локализации паразита направляют электромагнитные волны соответствующей, губительной для них, частоты. Это воздействие угнетает их жизнедеятельность и постепенно приводит к полной гибели. По необходимости лечение можно усилить антигельминтными медикаментами (мебендазолом, альбендазолом). При этом необходимо провести дезинтоксикационную терапию, очищение организма и крови, насытить организм микроэлементами, витаминами, повысить иммунитет.

Для демонстрации, какую опасность представляет собой заболевание, приведу клинический пример пациентки, обратившейся в наш Центр, записанной к врачу Тихонову Е. В.

Клинический пример

Пациентка А., 56 лет, профессиональный художник, посвятившая свою жизнь кинологии.

Жалобы при поступлении: слабость, одышка, кашель, потливость.

Эхинококкоз выявлен 5 лет назад; произведены две торакальные (со вскрытием грудной клетки) операции, в том числе на открытом сердце; послеоперационный рубец не закрывается 6 месяцев; остеомиелит грудины; медиастенит. Пациентка стала искать возможности лечения, обратилась в Центр.

На контрольной компьютерной томографии через 6 месяцев: элементы обызвествления в выявленных ранее очагах. Серология на эхинококкоз: снижение титров антител.

Проводим ВРД. У пациентки тестируем геопатогенную нагрузку, психические проблемы, снижение функции эндокринной системы, частоты эхинококкоза, хламидиоза, вируса Коксаки.

Назначаем частотную терапию, биорезонансную терапию (БРТ), биорезонансные препараты, немозол, трансфер-фактор и трансфер-фактор плюс по разработанной нами схеме.

Самочувствие улучшилось через месяц; послеоперационный шов закрылся через два месяца; купировались явления медиастенита, остеомиелита; через 6 месяцев нет радиационной нагрузки, улучшилось состояние иммунной системы, психологическая нагрузка снизилась. Не тестируется часть частот эхинококка. Не тестируются хламидиоз и вирус Коксаки.

Подобных пациентов диагностировано в Центре 5 человек. Всем проводилось лечение: резонансно-частотная терапия (РЧТ), биорезонансная терапия (БРТ), биорезонансные препараты, немозол по инструкции и трансфер-факторы.

Вывод:

• метод ВРД позволяет первично выявить эхинококкоз;

• частотная терапия позволяет эффективно проводить терапию эхинококкоза;

• трансфер-факторы способствуют эффективному повышению иммунитета и ускорению выздоровления.

СОВЕТЫ ПСИХОЛОГА

Настрои

Я не думаю о прошлом.

Я весь в моем будущем.

Я уверен в правильности моего образа жизни.

Я учусь на ошибках и на жизненном опыте.

Рекомендую:

• энергетически восстанавливать ткани (быть на природе, лес, музыка);

• стирать патологическую память и разрушительные энергетические впечатления (настрои Сытина).

Для восстановления помогут лекарственные растения: арника, мирабель, ломонос, солнцецвет, недотрога, боярышник, лилия белая, фуксия садовая и золотистая, зверобой.

Гомеопатия: Staphysagria 3CH, 9CH, 12CH; Ignatia 9CH, 12CH, 15CH; Hypericum D4, D6, D9, D12, D15, D20; Ruta D4, D6, D9, D12, D15; Arnica Montana D3, D6, D9, D12, D15.