ЗДОРОВЬЕ НАРОДА-БОГАТСТВО СТРАНЫ ЛИ? Старые песни о главном

ЗДОРОВЬЕ НАРОДА-БОГАТСТВО СТРАНЫ ЛИ? Старые песни о главном

Что бы это могло значить: здоровье народа – богатство страны?

Слоган был рождён большевиками в самых благих намерениях, в неусыпных заботах о народе. Частную собственность изничтожили на корню. Национализировано было всё, от личной коровы и зерна до банков и фабрик. Однако «бесхозными» оставались люди. И вот тогда из недр партии зафонтанировала гениальная идея, как пореволюционному верно следует распорядиться даром Божьим – здоровьем. С самим Богом оказалось всё просто, Его упразднили, храмы белокаменные растащили, ломать – не строить. А вот храмы для души, то есть тела людские, назвали народом, и понеслось уму непостижимое: здоровье народа – богатство страны!

Здоровье и жизнь – понятия нераздельные.

Национализация здоровья равносильна присвоению человеческой жизни.

Хотите, чтоб вашу жизнь кто-то «прихватизировал»? Пожалуйте в рабовладельческий строй, где здоровье означает лишь способность тела к труду. Разница только в площадях плантации: от генсека до Камчатки.

На самом деле богатство прибавилось кое у кого после очередного декрета, подписанного В.И. Ульяновым (Лениным) в декабре 1920 года, согласно которому царские и буржуазные дачи и курорты провозглашались достоянием советской республики, а на их территориях организовывались здравницы трудящихся и партийные дачи. Настоящим распорядителем благ стала властная верхушка.

Здоровье, безусловно, нуждалось в поправке у истощенных в борьбе военно-революционных лидеров, работников силовых структур типа ЧК-НКВД, а также у небольшой, но сознательной группы передовиков производства. Остальной народ, проявивший слабую партийную устремлённость и бессознательную тягу к курортным романам, крепил здоровье на целине и гигантских стройках, в шахтах Донбасса и лагерях, совсем не пионерских, имея за счастье ежегодный профосмотр, прививки и цементные пломбы на кариозные зубы.

Поговаривают, что наивность хуже воровства.

Лозунг «Здоровье народа – богатство страны» оправдал силовой передел собственности. Так ковалось золото партии.

Но худшее случилось в невидимом спектре.

В головах огромного количества трудящихся засела мысль, что за личное здоровье отвечает страна в обличье участкового врача. Откройте глаза! Кому нужен больной на работе и сколько стоит труд алкоголика?

Несколько лет постперестроечного периода наркологические службы предлагали директорам предприятий услуги по лечению алкогольной зависимости в трудовых коллективах. Ответ руководителей не зависел от формы собственности и звучал вполне определённо: «Проблемы здоровья меня очень волнуют, но только моего личного и моей семьи. Алкаша пинком под зад, за воротами всегда найдутся те, кто его заменит».

Сегодня ситуация постепенно становится другой. Собственники начинают соразмерять затраты на обучение нового квалифицированного работника и на лечение уже готового специалиста. Простой подсчёт показывает, что затраты на лечение, резко снижая потери на брак, простои и прогулы, окупаются за 2–4 недели. Сверхрентабельность вложений! Руководители начали приводить сотрудников, у которых выявлено болезненное влечение к спиртным напиткам, на консультацию к врачу-наркологу.

Вячеслав Леонидович, хозяин шлакоблочного цеха, привёз троих работников, что называется, в натуральном виде: пыльные робы и зашлакованные башмаки под свежим перегаром. Наглые ухмылки – «поскачи-ка вокруг нас» – загоняли прогноз лечения в бесконечный минус. – Кодируйте или поубиваю подлюк, – в сердцах высказал свое пожелание заказчик. – Не переживайте так, господин директор. Отдохните в холле, а мы с ребятами потолкуем. – У меня сезон в разгаре, некогда отдыхать, работать надо. – Хлопнула дверь.

Самый молодой из коллектива рабочий двадцати двух лет выпивал за компанию: «А что, я как все», – отчитался Роман. В наркотическую зависимость от зелёного змия он ещё не вляпался. А вот напарник его Вадим уже нажил проблемы с алкоголем. После первых же рюмок самоконтроль переставал присутствовать: как он сам отметил, «тормоза отказывали». Он не мог вспомнить, сколько выпито, дома закатывал такие дебоши, что жена 8 Марта засняла клип с его участием в роли «подарочка». Премьерный просмотр удался лишь спустя неделю. Вадиму стало жутко стыдно, и они начали разводиться.

Наибольшие опасения вызвал самый старший, тридцатилетний Сергей: третья стадия алкоголизма – это практически приговор.

– Меня директор не выгонит. Я у них за бригадира. Он мне и зарплатку по полной программе каждый день даёт, а остальным раз в неделю, – заявил он гордо.

Остальные, Вадим с Романом, переглянулись. Ясно: пьяная бравада.

Минут через пятнадцать директор присоединился к коллективу для подведения итогов. Выводы были для каждого свои, как говорится, пили вместе, а проблемы врозь. Роману рекомендовалось не лечение, а нормальная обстановка в коллективе. Но это пока; если продолжит пить в том же темпе, встреча с наркологом через год-два будет не столь оптимистична. Вадиму курсовое лечение станет как раз ко времени: больной скорее жив, чем мертв, вторая стадия алкоголизма. Ему есть за что побороться: трехлетний сынишка, семья на грани распада, работа. А вот с Сергеем, который «за бригадира», дела выглядели худо, допился до мокрых портков. Недержание мочи говорит о том, что алкогольное поражение головного мозга зашло далеко.

– То, что вы, Вячеслав Леонидович, обозначили как «кодирование», не является волшебной палочкой-директоровыручалочкой. Это один из методов лечения, применяемый на этапе установки полного отказа от употребления алкоголя. Но до «кодирования» вашим бойцам дня три ходу, а лучше привозите их через недельку. Однако лечение мы начнем сейчас же, выпишем лекарства. На первом этапе будем выводить алкоголь и продукты его распада из организма, уберём абстиненцию и желание опохмеляться. Также назначим более эффективный, чем водка, антидепрессант в таблетках. Судя по всему, лечение будете оплачивать вы, стоимость оглашать1?

Да, а скидки членам профсоюза есть? – Директору явно полегчало, наконец-то извилистые горние тропы медицины окончились, начались джунгли бизнеса.

С Сергеем предлагаю вам подумать. Объявление в газету о найме работника стоит не больше одного доллара. Лечение будет стоить в несколько сотен раз дороже и требует длительного периода. К сожалению, у него серьёзное поражение головного мозга алкоголем и суррогатами, самогоном, одеколоном и прочими деликатесами. Умственные способности значительно снижены. Он не видит смысла в лечении. Сергей является лидером, но заводит ребят, как козёл, на бойню. К тому же он у вас бригадир…

Какой ты бригадир? Ты чего тут наплёл?! Да он у нас мешки с цементом разгружает, шлак тачкой возит. Из дома сбежал, живёт на базе. В вагончик его не пускаем, весь свой сарай провонял.

Так какое ваше решение, Вячеслав Леонидович?

Они будут тут на койках валяться или работать могут эту неделю, пока лечатся?

Более того, в данном случае трудотерапия усиливает действие лекарственных средств, а работа на свежем воздухе улучшает ночной сон.

Ладно, я обещал им последний шанс. Выписывайте всё необходимое на всех. Сейчас они пролечатся, а что будет происходить во время «кодирования»?

Собственно, ничего сверхъестественного. Принцип «кодирования», можно сказать, основан на заметной разнице между живыми и мертвыми клетками коры головного мозга. В ходе наркотического отравления прекращают жизнедеятельность отдельные нейроны мозга. Так как интоксикация происходит часто, то целые группы нейронов и сосудов выходят из строя. Такие участки называют мелкокистозными и микроинсультными поражениями, они мелкие, но беда в том, что их очень много, можете представить себе лицо, покрытое множеством мелких угрей, – это сплошное воспаление. Разница лишь в форме гибели нейронов: мелкокистозное поражение означает гибель от отёков, а микроинсультное – от подсачивания крови из сосудов во время скачков артериального давления. Но дела это не меняет: живая ткань имеет свою электрическую активность, и на воздействия внешних электрических импульсов она будет реагировать, пораженные же участки – нет. Если врач электрическими импульсами специальной частоты воздействует на кору головного мозга, то вокруг кист происходит эффект прижигания, то есть образуются защитные капсулы из уплотнённой ткани. То же самое происходит при медикаментозном кодировании, только в этом случае через живые клетки препарат проходит не задерживаясь, а омертвевшая ткань накапливает препарат. Защитные капсулы не позволяют поражению распространяться дальше. Постепенно уходит возбуждение, вызванное воспалительными процессами, уменьшается давление на здоровые участки головного мозга.

Получается, что алкоголик после «кодирования» сразу выздоравливает?

Очень бы хотелось, но не всё так просто. Головной мозг остаётся загадкой. Он состоит из нервных клеток, называемых нейронами. По разным данным, их количество колеблется от двадцати до сотни миллиардов. Также существует мнение, что в повседневной деятельности человек использует всего-то 5–7% возможностей головного мозга, это КПД паровоза, поэтому резерв для восстановления есть. За счет того, что живые, но «спящие» нейроны, которые находятся вблизи пораженных участков, начинают перехватывать и выполнять функции отмерших, постепенно нормализуется характер, восстанавливается память, уходит депрессия. Но важно понимать, что потребуется время, чтоб новые нейроны обучились работать.

Сколько же времени необходимо? Мы думали, что это разовая процедура.

Спросите у своей мамы, через сколько месяцев вы начали говорить. Это и есть срок, необходимый для обучения нейронов коры головного мозга, он у каждого человека индивидуален. Есть, конечно, средние сроки, но в лечении, как и в здоровье, колхоза не бывает, лучше ориентироваться на своё личное время выздоровления. До трёх суток выводится из организма сам алкоголь. В этот период очень высока вероятность развития алкогольного психоза, белой горячки. Поэтому мы требуем, чтоб на «кодирование» приходили после трёх дней воздержания от алкоголя. До трёх месяцев из клеток выводятся продукты распада алкоголя. Поэтому необходимо применять препараты, чтоб помочь организму избежать стресса и снизить опасность рецидивов болезни. Это можно сравнить с процессом заживления ранки: хочется почесать, верно? Но мозг не почешешь, поэтому больной может испытывать в определённые моменты некоторый дискомфорт, будто чего-то не хватает, чего-то хочется, так называемая «сухая абстиненция». Эти явления легко снимаются приёмом лекарств. Надо понимать, что жизнь будет идти своим чередом и вполне возможно возникновение привычной психологической тяги к выпивке, особенно весной и осенью, в периоды великих «запойных» праздников или, наоборот, в моменты неурядиц, конфликтов или трагедий. Год и более необходимо, чтоб организм и мозг глубинно перестроились. Не прекращайте лечение.

Ас печенью происходит что-то?

А что происходит с фильтром, который долго эксплуатируют в экстремальных условиях? Его нужно заменить. Будем менять печень? Она перестаёт выполнять свои функции. Печень есть, но образуются целые цепочки замерших клеток, собственно рабочие клетки печени замещаются бесполезными жировыми. Вы видели на рынке печень молоденького поросёнка и старого хряка? Они отличаются разительно. Один мой хороший товарищ, доктор-нейрохирург, подтвердил, что сосуды головного мозга и печени алкоголика, как правило, настолько забиты кальцием, что при надрезах под скальпелем слышится хруст. Исключения случаются крайне редко. При таком положении вещей готовность клеток печени к переходу в цирроз резко возрастает. Смерть от алкогольного цирроза очень мучительна. Человек мучается ужасными болями, которые не снимают даже наркотики.

Действительно ли «кодирование» влияет на психику?

Это истинная правда. Функции психики, языком дореволюционных врачей, душевные качества – это не что иное, как работа нейронов коры головного мозга. Любые наркотики, в том числе и легальные – алкоголь, табак, влияют на психику. Поэтому «кодирование», как и всё лечение, в первую очередь направлено на ликвидацию разрушительных последствий наркотиков для психики, для души человека, а значит, и лечебное влияние на психику будет оказываться однозначно.

Скажите, что будет, если «закодированный» выпьет?

Вы хотите знать, что происходит при самовольном «раскодировании»? Возьмите желатиновую капсулу с масляным раствором витамина. Всем известны такие прозрачные упругие шарики. Они достаточно крепки, но если положить на пол и наступить, то под подошвой обнаружится масляное пятно. При поступлении алкоголя на коре головного мозга возобновляются кистозные и инсультные поражения. Защитные капсулки вокруг заблокированных участков разрываются, и поражения могут сливаться в более крупные очаги. «Пятно» образуется в этом случае не на полу, а на коре головного мозга. Образно представьте себе два очага поражения, расположенных на близком расстоянии друг от друга, площадью по одному квадратному миллиметру каждый. Если они сольются в один общий участок, то какую площадь охватит поражение?

Один плюс один, понятно, что будет два.

Нет, два никак не получается, ведь ещё будут поражены нейроны, находящиеся между прежними участками и ещё вокруг них, поэтому площадь поражений при самовольном «раскодировании» возрастает минимум в геометрической прогрессии.

Верно, что можно умереть, если не вышел срок «кодирования» и ты выпил?

Мы не знаем, в каком отделе мозга эти опасные процессы будут происходить. Если затронуты жизненно важные центры, такие как дыхательный, сердечный, судорожный (эпилептический), то пациент будет иметь видимые признаки: судороги, нарушение дыхательной и сердечной деятельности. При этих реакциях погибают 3–4% пациентов. И мы обязаны предупредить об этой опасности, ведь никто не предскажет, окажется ли нарушитель запрета на употребление алкоголя в этих смертных процентах или нет – русская рулетка. Хотя вероятность смерти при отказе от лечения и дальнейшей алкоголизации раз в двадцать выше. Иногда пациент не до конца понимает всю серьёзность заболевания, испытывая признаки депрессии, вступив в конфликт или под влиянием пьющей компании, он принимает решение начать употребление алкоголя. К врачу идти, пройти процедуру «раскодирования» ему стыдно. Такой пациент начинает пробовать конфеты с ликёром, пиво, небольшие дозы вина. Затем возвращается запойное состояние. При этом такой пациент говорит: «Смотрите, я не умер, а пью водку, как прежде». Это ложь! Кистозноеразрастание и микроинсультные поражения произошли без поражения нервных центров, отвечающих за жизненно важные функции. Но разве от этого легче? Испытав при употреблении первой дозы алкоголя чувство жара, страха, сердцебиение или учащение дыхания, пациент не обращает внимания на эти «незначительные» расстройства. Он продолжает употреблять алкоголь и наблюдаются отсроченные последствия, болезнь прогрессирует: наступают расстройства речи, сна, психической деятельности, состояния абстиненции становятся более тяжелыми, резко ухудшается память, интеллект, изменяется мимика лица, что свидетельствует о микроинсультных поражениях, от потенции остаются одни воспоминания. В историю вошла славная победа Александра Невского над тевтонскими рыцарями. А дело было так. Лёгкая конница русичей заманила на лёд Чудского озера закованных в железные латы иноземцев. Тонкая корка апрельского льда выдержала лёгких всадников, а непобедимые тяжеловесы пошли под лёд. Не напоминает ли процесс, происходящий в коре головного мозга? Непобедимые алкоголики в результате трёх или пяти «самораскодирований» в буквальном смысле топят себя в водке, крупные кистозные и инсультные образования на коре головного мозга продавливают глубинные структуры. Эти процессы безвозвратны.

–  А какая вероятность, что я умру? – отозвался Сергей, который во время всего разговора блуждал взглядом, словно находясь в душевном нокауте.

– Серёжа, лично для вас объясняю ещё проще. Пистолет-револьвер видели?

Да мы с корешком в детстве шмаляли из такого, он у деда спёр, а потом мы его пацанам толкнули, хороших бабок срубили.

Представьте, что барабан револьвера на тридцать патронов.

Ух, ты! Нам бы такой, мы бы с него, как с пулемёта, по воробьям шпарили.

Весь фокус в том, что если вы поставите двадцать девять пуль в барабан, то останется всего одно гнездо пустое. Теперь крутаните барабан на авось, приставьте к виску дуло и спустите курок. Ровно столько шансов у наркотической зависимости прикончить человека, если, конечно, зависимость появилась. К сожалению, в вашем случае слово «если» уже неуместно. Но можете поставить в барабан пистолета всего один патрон из тридцати и повторить трюк. Этот риск можно приравнять к вероятности погибнуть от последствий самостоятельного «раскодирования». Серёжа, попытайтесь поступить логично, не вращайте револьвером с полной обоймой вокруг своей головы, вам ведь дают великолепную возможность, и она может быть для вас последней.

Могли бы вы привести конкретные примеры?

Есть примеры с негативным исходом. Так, парень двадцати четырёх лет был «закодирован», но не смог отказаться от предложения «друзей» и употребил спиртное. Выпивали в подъезде. Он выпил немного, для пробы. Вроде бы ничего. Затем ещё сто грамм, закурил, присел на коврик под дверью и так сидел, пока «товарищи» не прикончили весь запас спиртного. Затем они пошли за бутылкой, а его оставили, посмеявшись над спящим слабаком. Утром жильцы с трудом выбрались из квартиры, дверь подпирал труп. Это грустно, но всё же это единичные случаи. К тому же смерть лёгкую надо заслужить. Ещё бы непостыдную, как воспрошается в христианской молитве. Был случай, когда один бывший завкафедрой, профессор, уважаемый человек оказался не в лучшем положении. Ему сейчас более шестидесяти. Он взял в жены девушку значительно моложе, из бывших его студенток. Вначале профессор прельщал барышню. Затем, пьющий и беспрестанно ревнующий, утомлял. Ей хотелось нормальной жизни, и они приняли решение о «кодировании». Но начались экзамены у заочников, и от коньячных презентов вскружилась голова. После самовольного «раскодирования» спустя три дня случился инсульт, профессора парализовало. Теперь ему сиделка меняет памперсы, а молодая жена сменяет бикини и живёт в его четырёхкомнатной квартире. Удобно, когда комнаты изолированные. Нужно отдать должное, заслуженная профессорская пенсия расходуется по назначению: кефир, аптека, сиделка. И всё же больше позитивных примеров. Их огромное количество – когда «кодируются» на год, но к лечению относятся серьёзно. Через пять-шесть лет приезжают, например, с Крайнего Севера: денег заработали, семья, дети, квартира, машина, в отпуске путешествуют – всё путём. Испрашивают рекомендаций и, поблагодарив, отправляются с Богом.

Когда проводится такая ознакомительная беседа, цель всегда одна: дать человеку возможность свободно и осознанно принять своё решение.

Да, есть болезнь, и она опасна.

Нет, страха не должно быть.

Простой, прагматичный выбор – ведь своё личное здоровье придётся отвоёвывать у болезни, а это нелегко.

Поэтому самые важные этапы лечения алкоголизма, – продолжили мы разговор, – это дома и в коллективе. Дома продолжать лечение. Исключить все провоцирующие болезнь факторы: убрать рюмки, на стол подавать пищу, не вызывающую ассоциаций с закуской. В коллективе утвердиться, как человек, ведущий трезвый образ жизни. Отказаться от пьющих компаний, пропагандировать трезвость. Исключить расчеты за работу бутылкой. Зарабатывать деньги и восстанавливать здоровье и свой статус. Если решитесь на «кодирование» и дальнейшее лечение, примите к сведению, что нам не нужен страх. Вы остаётесь свободной личностью. Вы имеете право на «раскодирование». При этом исключается риск трагического исхода, а пить или жить, решаете вы сами.

Пора было уже прощаться.

Ребята, поблагодарите своего директора, далеко не каждый руководитель решится на то, что он для вас сейчас делает. Желаю вам здоровья, а остальное – купите!

Через неделю Вадим пришёл на приём в назначенное время. Выглядел он замечательно. Сергея с ним не было.

Не работает он уже, в народ подался.

А что вы решили?

Лично я для себя решил: хватит со здоровьем баловаться. В бригаде мы поговорили: или – или. Я привел двух новеньких со второй смены, примете? Оплачивать буду я, Леонидович деньги доверил.

Действительно, Бог даёт – бери, пренебрёг – беги.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.